Sidebar

В партию большевиков Хрущев вступил лишь в 1918 году. Потом серенькая карьера партийного интригана, всегда колебавшегося вместе с линией партии. В частности, как 1-й секретарь Московского горкома и обкома ВКП(б), а позднее как первый секретарь ЦК КП(б) Украины проявил себя «беспощадным борцом» с «врагами народа».

«…Будучи первым секретарём Московского обкома и горкома партии в 1937 году, Н.С. Хрущёв «активно выпрашивал у Политбюро „лимиты на расстрел» рядовых „врагов народа»: кулаков, уголовников… «Н. С. Хрущёв прославился на этой работе своей кровожадностью». Например, в стенограмме январского (1938 года) закрытого Пленума ЦК ВКП(б) Хрущёв фигурировал в докладе Г.М. Маленкова 14 января 1938 года на Пленуме как «перегибщик». Причём персонально по Хрущёву Маленков сказал: «Проведённая в Москве проверка исключений из партии и арестов обнаружила, что большинство осуждённых вообще ни в чём не виноваты»[1].

Об этом он старался не вспоминать, как не вспоминать и о том, что он являлся одним из виновников катастрофических окружений РККА под Киевом (1941) и под Харьковом (1942).

Хрущев кратко. Еще раз подчеркнем: Хрущев пришел к власти как путчист, а не в результате его выдвижения Коммунистической партией.

Оценки деятельности Хрущева прямо противоположны. Нередко Хрущева обвиняют в целенаправленном развале социалистической системы Советского Союза. Согласно этой точке зрения, в то время демонтаж социализма был невозможен, так как слишком очевидны были его успехи. Также и с точки зрения Запада: сначала социализм надо развалить, чтобы потом представить его заведомо недееспособным. И Хрущев с успехом начал выполнять эту миссию. Хрущев был первым диссидентом. Так, В.М. Молотов писал: «Хрущёв — он же сапожник в вопросах теории, он же противник марксизма-ленинизма, это же враг коммунистической революции, скрытый и хитрый, очень завуалированный...» (21.06.1972)[2].

«Хрущев, а не Солженицын и не Сахаров был первым советским диссидентом, и странно не то, что он, в конце концов пал, но то, что он пал в 1964 году, а не в 1957, когда против него восстало большинство его соратников, а спас его решительным силовым маневром маршал Жуков»[3].

Конечно, Хрущев не был агентом западных спецслужб, но профессиональный уровень выскочки, пришедшего к власти с помощью военного переворота, явно не отвечал масштабу задач, стоявших перед такой огромной страной, как СССР. Как верно отметил Л.М. Каганович:

«Он принёс пользу нашему государству и партии, наряду с ошибками и недостатками, от которых никто не свободен. Однако "вышка" — первый секретарь ЦК ВКП(б) — оказалась для него слишком высокой»[4].

 Усугубляла непрофессионализм энергичность, желание кипучей реформаторской деятельности. Резюмируя, можно сказать, что, при отдельных положительных сторонах, деятельность Хрущева не укладывалась в общий мейнстрим русской истории.

Он пришел на штыках Жукова, держался на штыках Жукова. Оставшись без поддержки Жукова, он теряет власть. В октябре 1964 года уже весь президиум ЦК высказался за отставку военного путчиста Хрущева. Хрущев пишет заявление об уходе на пенсию по состоянию здоровья.

Никаким заговором Пленум не был, соблюдены все уставные нормы. На пост Первого секретаря Хрущёва избрал Пленум. Пленум и освободил его. В своё время Пленум рекомендовал Верховному Совету назначить Хрущёва на пост Председателя Совмина. И в октябре 64-го Пленум вынес рекомендацию Верховному Совету о смещении его с этого поста. Уже перед Пленумом, на заседании Президиума, Хрущёв сам признал: ему невозможно оставаться далее у руля государства и партии. Так что члены ЦК поступили не только правомерно, но и впервые в советской истории партии смело, в соответствии с убеждениями, пошли на смещение лидера, допустившего множество ошибок, и как политического руководителя, переставшего соответствовать своему назначению[5].

 Таким образом, Н.С. Хрущёв — неоднозначная фигура на политическом небосклоне России. Он желал счастья советскому народу, хотел, чтобы все жили при коммунизме. Но его реформаторские способности оказались довольно ограниченными, что к тому же усугублялось импульсивным характером. Вместо продуманных долгосрочных реформ началась реформаторская чехарда, что привело к ухудшению дел в экономике, в политике. Крайне сильно пострадал международный имидж СССР, когда вместо взвешенного политика пришел человек, стучавший башмаком по трибуне ООН.

«Бунт его был направлен против русской имперской истории: его либеральные реформы угрожали самому существованию империи. Иначе говоря, антисталинский курс Хрущева оказался неуместен в России и был ею решительно отвергнут»[6].

Политика Хрущева — яркая иллюстрация поговорки: «дурак хуже врага». Здесь можно лишь добавить: когда этот дурак энергичный, то он хуже десяти врагов, а когда, вдобавок, дурак занимает высший государственный пост, то хуже и целой армии врагов.


[1] Сироткин В. Сталин. Как заставить людей работать?  М., 2004.   

[2] Феликс Чуев. Полудержавный властелин.  М., 2000.

[3] Соловьев В., Клепикова Е. Андропов: Тайный ход в Кремль. Спб., 1995. С. 42

[4] Каганович Л.М. Памятные записки. С. 647.

[6] Соловьев В., Клепикова Е. Андропов: Тайный ход в Кремль. Спб., 1995. С. 41


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Кто на сайте

Сейчас 56 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

the soviet union

The-Soviet-Union

ussr3.jpg

the-soviet-union

Связанные статьи

Переход к шестому этапу. От солидарности к творчеству

После того как человек «встает на ноги» он заводит семью. Конечно, бывает и наоборот, молодая семья «сидит на шеи у родителей», но назвать такую семью полноценной самостоятельной ячейкой общества, вряд ли возможно. В семьи появляются дети. Все это нормально, естественно, и через этот этап проходит абсолютное большинство людей сейчас, 100 лет тому назад, 1000 лет тому назад…

Какова аналогия в общественном развитии? У человечества нет половых органов, гендерных различий и семейный этап, поэтому приобретает несколько иное, социальное звучание.  Нормальная семья создается на основе любви. Конечно, бывает всевозможные отступления, но мы говорим об идеальном, так сказать, правильном случаи. Любовь — чувство, свойственное человеку, глубокая, самоотверженная привязанность к другому человеку или объекту, чувство глубокой симпатии. Откровенно говоря, если отбросить всю поэтику, любовь проистекает из полового чувства. Единство взглядов, поддержка … это все присутствует в семье, но биологическая составляющая – половое чувство присутствует обязательно. Иначе половая измена так жестко не осуждалась и не приводила к разводам. Да и представить пламенную любовь восемнадцатилетнего в  восемьдесятилетней вряд ли возможно при всем единстве взглядов.

Так вот, если очистить этот этап от биологической составляющей, то в социальном аспекте любви будет соответствовать солидарность - единство убеждений и действий, взаимная помощь и поддержка, основанные на общности интересов и необходимости осуществления общих целей.

У семьи много функций, анализ которых выходит за пределы нашей работы. Но главная функция репродуктивная – в семье появляется ребенок. Опять экстраполируем развитие отдельного человека на социальное развитие. В социальном аспекте – это этап творчества. Мы видим, что у этой ступени развития есть три атрибута:

  • Уникальность. Создается уникальный феномен, никогда не существовавший ранее. В большинстве случаев – это ребенок, обладающий уникальным набором генов, способностей, особенностей внешности, характера и т.д. Этот тип творчества в большей степени соотносится с прекрасной половиной человечества, ведь только им доступно такое творение. Но и мужчины рожают, но не детей, они актуализируют свой творческий потенциал в сфере духовного, интеллектуального. Именно здесь, наиболее талантливыми, создается нечто уникальное, неслучайно, за редчайшим исключением, в научных областях, все нобелевские лауреаты – мужчины. Свое творения они воспринимают как дитя, отказывая себе во всем, ради него. Здесь, кроется и ключ к проблеме семейных сложностей у большинства творческих личностей, обусловленные несовместимостью разных типов самоактуализации.
  • Альтруистическое творение. Если на этапе «вставания на ноги» индивид производит все для равноценного обмена, произведенных им ценностей, на ценности произведенные другими людьми, но отсутствующие у индивида, например, обмен рабочей силы на зарплату. То на новом этапе происходит процесс планомерного  альтруистического созидания. Любое творчество  своей сути альтруистично, а воспитание детей и тому подавно.
  • Вклад в общественное развитие. Конечно, рожая ребенка, человек не осознает, что он создал кирпичик, из которого будет строиться общество в будущем. Самоактуализирующаяся личность это более четко осознает и стремится к этому. Но вне зависимости от понимания или непонимания, человек создает то, без чего будущее невозможно, тем самым выполняя свою скромную историческую миссию.

Таким образом,  после этапа «вставания на ноги» в общественном развитии должен наступить этап творчества, в ходе которого человек раскрывает свой уникальный потенциал, обретает бессмертие в детях, идеях, произведениях искусства и т.д.

Вообще же творчество (самоактуализация) есть важнейшая потребность личности и потребность общественного развития.

Качества менталитета «Справедливость»

Как мы уже говорили, основные черты менталитета здесь — эгоизм и сотрудничество.

Справедливость, лишенная нравственности, всегда эгоистична. Только нравственность ограничивает эгоизм. Однако эгоизм не предполагает обязательно грабительское отношение к ближнему. Все может распределяться справедливо, но без альтруистических преференций кому-либо. Сколько заработал, столько получи, мало получил — умрешь с голоду. Но это в рамках эгоистической справедливости уже никого не волнует.

Эгоизм может сочетаться с коллективизмом, и действительно сочетается на Востоке.  Эгоист плюс коллективист («ради себя» и «коллектив важен»). Такая жизненная позиция тоже имеет место в реальности. Допустим, интересы Николая ориентированы на коллектив, он решил посвятить жизнь служению коллективу и поэтому вступил в организацию, цель которой — помощь бедствующим людям. Петр тоже нуждается в коллективе, он карманник, а коллектив — источник его доходов. Таким образом, Николай и Петр обладают высокой степенью коллективизма, они не могут без коллектива. Но можно ли их «поставить на одну доску»?

«Коллективиста» Петра можно назвать «эго-коллективистом», для которого отношение к коллективу чисто потребительское: «Все — с помощью коллектива, ничего — для коллектива». Такие люди — карьеристы, тщеславные люди, люди, умеющие дружить «с кем надо».

Можно сказать, коллективисты могут иметь прямо противоположные ценностные ориентации: коллективист — «я для коллектива», эго-коллективист — «коллектив для меня». Аналогично и альтруисты могут иметь прямо противоположные ценностные ориентации. Одни могут жить ради общества, а другие — с ним бороться.

Возвращаясь к кросскультурному анализу, отметим, что в психологии западного человека в наибольшей степени представлен индивидуализм и эгоизм, в России все наоборот — альтруизм как проявление духовности и коллективизм.

Восток занимает промежуточное положение между Западом и Россией. Безусловно, Восток — коллективистская цивилизация и, в то же время, альтруизма там меньше, чем даже на Западе. Поэтому на Востоке так любят красоваться в коллективе с автоматами перед камерами, а потом при реальном сражении, когда уже необходим альтруизм, все разбегаются (рис. 7).

Одна из самых сильных армий Ближнего Востока без боя сдала весь Ирак, одна из самых фанатичных армий Средней Азии без боя сдала весь Афганистан. Да, американцы и их союзники были сильнее, но мы не можем сказать, что они победили хоть в одном сражении, потому что сражений, собственно, и не было. Никто не стоял насмерть под Багдадом, никто не сражался за каждый этаж и каждый дом в Кабуле. Большой же отваги не надо, для того чтобы выступать в Интернете и грозить взорвать Вашингтон или вообще всю Америку.

Что касается смертников, это тоже специфичное восточное явление, нередко обусловленное слепым фанатизмом. Героизм отличается от фанатизма своей осознанностью. Уходящие в последний бой японские камикадзе верили, что после смерти станут богами, как сегодня шахиды верят, что после смерти попадут в рай.

Возвращаясь к Китаю, отметим, что эгоизм китайцев наиболее явственно проявляется в национальном эгоизме. Со всеми соседями у Китая территориальные споры. Никогда просто так Китай никому не поможет. В этом аспекте эгоизма у Китая больше, чем даже у западных стран.

Китайцы умудрились даже коммунистическое интернационалистическое учение превратить в шовинистическую доктрину.

В действительности, подлинным источником антисоветизма является идеология великоханьского шовинизма, которая, естественно, приходит в столкновение с принципами пролетарского интернационализма, отстаиваемыми КПСС и другими марксистско-ленинскими партиями.

«Маоисты выдвинули идею "национального марксизма", "китайского коммунизма", которая была официально закреплена в документах 7-го съезда КПК (1945). Под вывеской "соединения всеобщих истин марксизма-ленинизма с практикой китайской революции", "китаизации марксизма-ленинизма" мелкобуржуазно-националистические элементы в КПК начали атаку на коренные положения об интернациональном характере революционного учения рабочего класса»[1].

Сотрудничество. Для членов коллективистского общества характерно искать причины возникновения конкретной ситуации во внешних силах, то есть им присущ внешний (экстернальный) локус контроля. Внешний локус контроля влияет на определенную недисциплинированность коллективистских обществ. Коллектив как единый организм всегда выделяет определенный орган, который должен управлять всеми и вся.

С коллективизмом коррелирует такое качество, как конформизм — процесс изменения аттитюдов (установок), мнений, восприятий, поведения индивида в сторону согласия с группой.

 «Причины более высокого уровня конформности коллективис­тов связаны, во-первых, с тем, что они придают большее значение коллективным целям и больше беспокоятся о том, как их поведе­ние выглядит в глазах других и влияет на этих других, а во-вторых, с тем, что в коллективистических обществах в воспитании детей делается акцент на послушании и хорошем поведении»[2].

С отрицательной стороны, конформизм ведет к приспособленчеству, пассивному принятию существующего порядка, господствующих мнений, отсутствию собственной позиции, беспринципному и некритическому следованию какому-либо образцу, модным тенденциям. В коллективистс­ких культурах групповые нормы являются важнейшим регулятором поведения, «высоко оценивается «правильное пове­дение», «жизнь по обычаю», «как у людей», «по уставу»[3].

Но у конформизма есть и положительная сторона. Конформистское общество может очень продуктивно развиваться, поскольку у него отсутствуют разнонаправленные векторы движения, как у рака, лебедя и щуки. В таком обществе легко воспринимаются любые, даже тяжелые реформы, конформистское общество гораздо лучше обороняется от внешних врагов. Однако некоторые коллективисты могут и не являться конформистами. Они могут идти против коллектива, считая, что коллектив заблуждается и что его мнение необходимо исправить.

Теперь о трудолюбии. Как материалистический тип менталитета, безусловно, менталитет «Справедливость» во главу угла ставит стремление максимизации дохода. Это роднит его с менталитетом «Успех». Но откуда взять ресурсы, если они не произведены? В рамках менталитета «Успех» постулируется, что наиболее простой способ — отнять у тех, кто слабее. Это модель реализовалась Западом в течение нескольких столетий.

Менталитет «Справедливость» хоть и может допускать такой подход, но не делает его основным. Значит, остается один выход — создавать блага самим, а это, в свою очередь, порождает трудолюбие. Корейцы, японцы, китайцы — очень трудолюбивые народы. Они не хватают с неба звезд, но очень кропотливо выполняют свою работу. В трудовой этике традиционного Китая проявляется уважение к любой работе и отрицательно оценивается пренебрежение к труду.

Таким образом,  противостояние наживы и трудолюбия проявляется в том, что при наживе индивид стремится максимально «урвать ресурсов», часто за счет обделения других, так как это самый простой и быстрый способ увеличения собственного благосостояния. В рамках справедливости произведенный продукт общественно распределяется в соответствии с трудовым вкладом каждого индивида. Поэтому единственный способ увеличить собственное благосостояние — хорошо трудиться.


[1] БСЭ. «Казарменный коммунизм».  http://slovari.yandex.ru/

[2] Bond R., Smith P.B. Culture and conformity: A meta-analysis of studies using Asch's (1952b, 1956) line judgment task // Psychological Bulletin. 1996. Vol.119. P.111—137.

[3] Лотман Ю.М. Избр. статьи: В 3 т. Т.1. Статьи по семиотике и топологии культуры. Таллинн, 1992. С. 296.

Немецкий шпион?

Теперь о немецких шпионах. Сегодня усилено раздувается миф, согласно которому переворот в России устроили жиды, приехавшие в опломбированном вагоне из Германии и являвшиеся поголовно (естественно, включая Ленина) немецкими шпионами.

Как мы увидели, большевики не свергали царя, которого как раз и окружали немецкие шпионы, и шпионы не мифические, а вполне реальные, включая министра обороны.

Что касается обвинений в шпионаже в пользу Германии Ленина, то эта сказка с бородой. Еще Временное правительство вызывало Ленина в суд по вопросу его причастности к сотрудничеству с немцами. Поскольку шпионов было действительно много, по предположениям Временного правительства, эта басня обладала правдоподобностью. Выражаясь современным языком, это был черный пиар. На ЦК решали, идти Ленину в суд или нет. Зиновьев считал, что идти надо, потом Сталин неоднократно ставил ему это в вину. Другие большевики считали, что идти не надо, т. к. Ленина просто расстреляют при попытке к бегству. В общем, решили, что идти лучше не стоит. Если бы Ленин и большевики были шпионами, разве обсуждался бы вопрос о том, надо идти на суд или нет? Поскольку никаких документов найдено не было, басня о сотрудничестве Ленина с германским штабом так же быстро умерла, как и родилась. Сегодня этот бредовый миф опять хотят возродить.

Более того, после того как 7 июля 1917 г. было опубликовано постановление Временного правительства об аресте и предании суду Ленина, Зиновьева и Каменева за их связь с немцами, Каменев заявил, что «готов всегда предстать перед судом». Поскольку миф о немецких шпионах-большевиках усилено пиарился Временным правительством, 9 июля Каменев добровольно отдал себя в руки властей и был водворён в тюрьму «Кресты». 4 августа освобождён — за отсутствием оснований для обвинения. Так что еще в 1917 году была поставлена точка в басне о связях большевиков и немцев. И эта точка была поставлена теми, кто эту басню придумал. Временное правительство было вынуждено признать: «никаких оснований для обвинения». Такой вот немецкий шпион.

Даже не окунаясь в документы, исходя из обыкновенной логики, можно сделать вывод о вымышленности рассказов, повествующих о сотрудничестве большевиков с немецким штабом.

Во-первых, взятки чиновникам большевики не давали, свой карьерный рост не оплачивали, секретные документы не покупали — то есть все то, на что тратят деньги обыкновенные шпионы, они не делали. Но и революция также не была фатально зависима от денег: оружие большевики не покупали, его в воюющей стране было вполне достаточно, митингующим они не платили, страна бурлила и без большевиков. Основная статья расходов — выпуск агитматериалов. Но для оплаты этих довольно небольших сумм помощь германского штаба не была необходима.

Во-вторых, если уж подозревать большевиков в сотрудничестве с немцами, то делать это можно в самую последнюю очередь. Большевики не были у власти и не представляли собой серьезной оппозиционной силы, у них не было ни фракции в Думе[1], ни легальных газет, они были изгоям. Немцы могли вербовать агентов в военном ведомстве, во власти, в СМИ, т.е. в структурах, обладающих тем или иным ресурсом, но предоставлять, по свидетельствам «историков», громадные деньги большевикам тогда, когда они помещались в один вагон, было просто нелогично.


[1] Уже в 1914 году большевистская фракция в Государственной Думе была разогнана. Суд над большевистской фракцией состоялся 10—13 февраля 1915 года. Все 5 депутатов были признаны виновными в участии в организации, ставящей задачей свержение царизма, и приговорены к ссылке на поселение в Восточную Сибирь (Туруханский край), откуда вернулись после Февральской революции 1917.