Sidebar

В первые годы большевики делали то, что должны были делать любые вменяемые политики. Собрать воедино страну, освободить страну от интервентов, навести порядок, устранить от власти коррупционную верхушку, освободить народ, сломав социальные привилегии, направить ресурсы не на позолоченные кареты, а на программы всеобщей грамотности, построение системы бесплатного здравоохранения, доступного простому народу, и тем самым ликвидировать возможность массовых эпидемий и снизить показатели детской смертности.

Это все были первоочередные задачи. И большевики с успехом справились с их решением. Но что делать дальше? Большевики ждали мировую революцию и верили в то, что она свершится. Но она не произошла.

А как строить коммунизм в отдельно взятом государстве? В марксистской теории не было ответа на этот вопрос.

Как-то гулял я по вечерней набережной в Ялте. В темноте набрел на памятник, на котором было написано, что этот курорт для тебя, «новый русский». «Вот это наглость», — подумал я, но потом увидел подпись: М. Горький. Утром я узнал, что это действительно памятник эпохи Великой Октябрьской революции. Вот в чем главная ошибка либералов сейчас и  большевиков тогда. Они людей хотят подстроить под модель общества, а не модель общества под людей. Они строят новое общество для нового человека — для «нового русского». Куда деваться нам, старым русским, их не заботит.

«…Пролетарское принуждение во всех его формах, начиная от расстрела и кончая трудовой повинностью… является методом выработки коммунистического человечества из человеческого материала капиталистической эпохи»[1].

Коммунистическое общество можно построить, только изменив человека, и изменив кардинально. Но такой человек не может существовать в принципе. Хотя здесь есть, что обсудить и о чем поспорить. Возможно, лет через 1000. Но вот что точно: в современных условиях и в обозримом будущем коммунистическое общество можно строить, а построить нельзя.  

Положения марксизма. Марксисты заявляли, что «марксистское учение всесильно, потому что верно», но стоило совершиться социалистической революции, как большевики отбросили свое единственно верное учение и стали двигаться к коммунистической цели «эмпирически, весьма нерациональным способом проб и ошибок»[2]. Таким образом, большевики незамедлительно и полностью лишают себя главного теоретического оружия, своего «руководства к действию» —  материалистического понимания истории, — и начинают придумывать «на ходу» различные рецепты дальнейшего развития.

Когда все марксистские идеи провалились: мировая революция не совершилась, государство не отмерло, деньги тоже, — большевики стали вместо мировой революции устраивать концессии с иностранными бизнесменами, в экономике вместо натурообмена и изживания товарно-денежных отношений начали поощрять частное предпринимательство (НЭП) и т. д.

Иначе говоря,  никаких иллюзий быть не должно: в умах элиты большевиков бродило абсолютно утопичное учение. Это с одной стороны.

С другой стороны, придется признать, что у большевиков было два важных качества. Во-первых, они были очень энергичны в делах, а не словах, как деятели Временного правительства.

Во-вторых, они искренне желали счастья народного и ради этого могли пить морковный чай. Их абсолютно не интересовали яхты, зарубежные замки и футбольные клубы. И это отличало их от лицемеров из окружения царя.

И поэтому они моментально сориентировались, отбросив все марксистские постулаты, кроме, пожалуй, одного: марксистское учение не догма, а руководство к действию. И стали строить абсолютно новое, социалистическое общество, аналогов которому не существовало. Но как построить первое в мире государство рабочих и крестьян? Как его построить во враждебном капиталистическом окружении?


[1] Н.И. Бухарин.

[2] Ю.В. Андропов


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Кто на сайте

Сейчас 66 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

the soviet union

The-Soviet-Union

ussr.jpg

the-soviet-union

Связанные статьи

§ 8. Почему Россия?

Социализм в России был предопределен. Россия ментально всегда была социалистической, даже тогда, когда социализма как политической системы не существовало. 

Суть гражданской войны

Нищая, необученная Красная армия, в лаптях и с винтовкой, не могла разгромить Белую армию кадровых офицеров, а потом еще и разобраться с англичанами, французами, американцами и т.д. с их танками и самолетами, если бы не всенародная поддержка большевиков. Причем именно всенародная. Не только простые люди встали на защиту социалистического отечества, но и дворяне.

Таким образом,  самое яркое подтверждение того, что страна осознанно пошла по социалистическому пути развития, — это выигранная большевиками Гражданская война. А ведь на стороне белогвардейцев воевало более десятка самых передовых стран.

«Была немецкая, французская, английская, чешская, румынская, греческая, япон­ская, американская, польская… армии на территории Рос­сии. 1 миллион иностранных солдат на нашей территории! Деникин же получил от Англии пароходы с вооружением, снаряжением, одеждой и другим имуществом по расчету на 250 тысяч человек. Колчак уже в 1917 г. был в Англии и США, после Октября поступил на службу его величества короля Вели­кобритании, и в Сибири работал под контролем британско­го генерала Нокса и французского генерала Жанена. Под залог трети золотого запаса России он получил около мил­лиона винтовок, несколько тысяч пулеметов, сотни орудий и автомобилей, десятки самолетов, около полумиллиона комплектов обмундирования и т. п.»[1].

Конечно, Запад никому просто так помогать не будет. Как говорят в Англии,«У Англии нет вечных союзников и постоянных врагов, вечны и постоянны ее интересы». Белые воевали на деньги западных держав, при поддержке оккупационных корпусов и при условии территориальных уступок в случае победы. Это дает право некоторым исследователям говорить не о гражданской, а о национально-освободительной войне.

«Как известно, еще 23 декабря 1917 г. член правительства Великобритании лорд Мильнер и премьер-министр Франции Жорж Клемансо подписали в Париже конвенцию «О действиях на юге России», согласно которой «сферой влияния» Англии становились «казацкие территории, Кавказ, Армения, Грузия, Курдистан, а к Франции отходили «Бессарабия, Украина, Крым»[2].

Поэтому со стороны красных война была не только классовой, но и отечественной. Красные были не только революционерами, но и патриотами. Они боролись за независимость своей родины и против ее расчленения. Белые режимы были одновременно и антинародными, и антинациональными. Поэтому они с неизбежностью рухнули. Большевики победили, ибо за ними шла большая часть народа»[3].

Суть гражданской войны. В результате, в 1933 г. в Париже в своих воспоминаниях двоюродный дя­дя Николая II  великий князь Александр Михайлович пи­сал, что союзники собирались превратить Россию в свою колонию, а

«на страже русских национальных интересов стоял не кто иной, как интернационалист Ленин, который в своих постоянных выступлениях не щадил сил, чтобы про­тестовать против раздела бывшей Российской империи… »[4].

Сегодня стараются не вспоминать, что большевики выбили интервентов 14 государств с территории Российской империи, поскольку на сторону большевиков встал русский народ. Очень точную характеристику Гражданской войны дал один из самых непримиримых и активных борцов с советской властью Борис Савинков. Раскаявшись, он признал, что народ пошел за большевиками, а не за белогвардейцами.

«Для меня теперь ясно, что не только Деникин, Колчак, Юденич, Врангель, но и Петлюра, и Антонов, и эсеры, и «савинковцы»… не были поддержаны русским народом и именно поэтому и были разбиты. Правда заключается в том, что не большевики, а русский народ выбросил нас за границу, что мы боролись не против большевиков, а против народа…. Когда-нибудь… это… поймут даже эмигрантские «вожди»[5].

Война, к сожалению, — это всегда жертвы. Сейчас часто преувеличивают кошмар красного террора. Однако, говоря о терроре, надо учитывать, что время тогда было другое, и ту историческую ситуацию необходимо сравнивать не с сегодняшним днем, а с деятельностью белогвардейцев и обстановкой в других странах. В других странах тоже был голод, забастовки, убийства активистов профдвижения, расстрелы полицией демонстраций и т.д. Такое уж было негуманное время. Белогвардейцы также не церемонились с большевиками — и расстреливали без суда, и звезды на лбу вырезали. Большевика С.Г. Лазо и его соратников А.Н. Луцкого и В.М. Сибирцева японские интервенты после пыток сожгли в паровозной топке.

«На конец 1918 г. в Советской России в заключении было чуть больше 42 ты­сяч контрреволюционеров, бандитов, спекулянтов. А в цар­стве «белых» только на востоке страны находилось около 1 млн. в концлагерях и 75 тысяч в тюрьмах, то есть в 20 с лишним раз больше. Если учесть, что в Европейской (Советской) России населения было, по крайней мере, в 10 раз больше, то террор белых должно по масштабам считать в 200 раз более ужасным»[6].


[1] Бенедиктов Н.А. Русские святыни. М., 2003. С. 136.

[2] Фишер Л. Жизнь Ленина. Т. 2. М., 1997. С. 4—5.

[3] Семенов Ю.И.  Философия и общая теория истории. Основные проблемы, идеи и концепции от древности до наших дней. М., 2003. С. 575.

[4] Кожинов В.В. Загадочные страницы истории XX века // Наш современник, 1994, № 11—12. С. 246—247.

[5] Голинков Д.Л. Крушение антисоветского подполья в СССР. Кн. 2. 4-е изд. М., 1986. С.258

[6] Бенедиктов Н. А. Русские святыни. М., 2003. С. 137.

Уничтожение стремления к самоактуализации

Тоталитарный капитализм не заинтересован в том, чтобы человек был развитым существом: для поддержания товарно-денежного оборота выгоднее всего иметь в качестве потребителя серую усредненную массу, готовую купить то, что внушат. Примитивная личность — основа прибыльности и устойчивости капитализма. Чем примитивнее человек, тем он выгоднее нынешней системе. То есть человек примитивизируется по одной простой причине — это прибыльно. А прибыль при тоталитарном капитализме — это самое главное. И в рамках данного общественного строя из этого порочного круга нет никакого выхода.

Жизнь в естественных для человека ритмах становится непозволительной роскошью, совершенно невыгодным делом. Капитализм заинтересован в ускорении ритмов жизни, ибо тогда быстрее происходит товарно-денежный оборот, в чем единственно и заинтересовано общество потребления.

В результате идеалом цивилизации оказывается абсолютно несамостоятельный, во всем зависящий от нее потребитель, существующий лишь для поддержания товарно-денежного оборота. Кажется, никогда за всю историю цивилизации не осуществлялась столь масштабная, можно сказать, сатанинская программа выжигания из человека всего человеческого.

Поэтому вполне логично, что в 1970 г. Церковь сатаны была принята в Национальный совет церквей США. При Пентагоне, наряду с другими конфессиями, был представлен главный капеллан Церкви сатаны, под руководством которого состояло около сотни капелланов-сатанистов, обслуживающих нужды вооруженных сил США. Американские президенты почти всегда оказывали сатанизму негласную поддержку. Однако, начиная с президента Рейгана, эта поддержка приобрела открытый характер. В 1987 г. Рейган публично признал «важную роль сатанизма в современной американской жизни»[1].


[1] Платонов О. Почему погибнет Америка?. Краснодар, 2001. С. 98.