Sidebar

У меня нет никакой мотивации очернять царскую Россию, как не было подобной мотивации и у монархистов — очевидцев того состояния, в котором находилась Россия. И я, и они писали это с горечью. Но против фактов не попрешь. Да и зачем?

 Наиболее активные из монархистов создавали различные организации. Но Россия не пошла за ними ни в феврале, ни в октябре. Монархия изжила себя, и круг её поддержки стремительно сокращался.

Все написанное выше должно дать нам ясную картину, почему события неизбежно шли к 1917 году, почему ни военная помощь Англии, Франции, США, Японии, предоставленная Колчаку, Деникину, Юденичу, Миллеру, ни прямая иностранная военная интервенция не смогли сломить большевиков. Почему белое движение, контролируя летом 1918 г. до 4/5 территории России, потерпело в итоге поражение.

Крестьянская Россия заключила негласный договор с большевиками — согласилась терпеть продразверстку, ВЧК и т.д. и т.п., но при условии, что большевики ГАРАНТИРУЮТ НЕВОЗВРАЩЕНИЕ СТАРЫХ ПОРЯДКОВ. Этот поворот крестьянства к большевикам в 1918 г. и обеспечил крушение белого движения.

Царская Россия начала ХХ века удивительно напоминает Россию начала XXI столетия. Отличия же во многом обусловлены тем, что сегодня еще не до конца уничтожено советское наследие.

Поэтому пока еще сохраняется относительно высокий уровень образования. Но реформа средней школы, в результате которой будет существенным образом сокращено количество бесплатных предметов, думается, решит эту «проблему».

Сокращается количество специалистов в сфере здравоохранения. Врач широкого профиля должен стать основой российского здравоохранения. Этакий земский врач, который умеет все, но очень неглубоко.

Да и зачем простому люду качественное образование и здравоохранение? Конечно, элита в таких учреждениях лечиться не будет, точнее, она уже лечится за границей, где также и учит своих детей.

Лидеров националистических сил уже начали постоянно таскать по судам, так что никакого существенного влияния в обществе они иметь не будут. От отчаяния наиболее деятельные из них, вероятно, перейдут к индивидуальному террору.

Вместо больниц будут строиться и уже строятся церкви, власть имущие станут постоянно рассуждать о святости и нарушать абсолютно все заповеди, но церковь будет молчать, более того — поддерживать эту богоборческую по своей сути власть, вспоминая о подачках в виде пожертвований.

Постепенно мы придем и уже приходим к тому, что не сможем выпускать собственные автомобили, самолеты и корабли, как, впрочем, и современное вооружение. Все это будет закупаться за границей. То, что у нас есть сейчас, было изобретено в СССР. Ничего иного мы произвести даже спустя 20 лет так и не смогли.

Постепенно Россия разучится выпускать сколько-нибудь качественные наукоемкие товары. Фотоаппараты, ноутбуки, сотовые телефоны, мотоциклы, кондиционеры, стиральные машины… — все это будет выпускаться где угодно, но только не в России. Нашим уделом станет сырье — низкого качества и с высокой себестоимостью. Раньше производили и продавали хлеб, лес, пушнину, теперь — нефть, газ, низкосортный металлопрокат.

Представители господствующего класса будут постоянно тешить простой люд разговорами о великой России и все также вывозить капиталы за рубеж, покупать там квартиры, дворцы и замки. Коррупция, моральная деградация, предательство национальных интересов достигнут (уже достигли?) небывалых размеров. В конечном счете, наша внешняя политика будет полностью зависеть внешних сил.

Образ будущей России нетрудно составить, достаточно просто экстраполировать образ царской России в современность. Все это уже было, часто мы повторяем историю до мельчайших подробностей. Отличия современной России и царской несущественны, раньше проституток возили в Ниццу, теперь в Куршевель.

Современный властный бомонд поэтому так и любит Россию начала ХХ века. Не потому, что это было время процветания России, — это было время процветания таких, как они сами. Как говорится, рыбак рыбака видит издалека. Есть, правда, одна загвоздка — кончилось все это плохо.

И напоследок. Современные либералы очень любят воспевать отца либеральных реформ эпохи Николая II, председателя Совета министров - Сергей Юльевич Витте. Вспомним и мы:

«Большинство наших дворян представляет собой кучку дегенератов, которые, кроме своих личных интересов и удовлетворения личных похотей, ничего не признают, а потому и направляют все усилия на получение тех или иных милостей за счёт народных денег, взыскиваемых с обедневшего русского народа для государственного блага»

И еще более глубоко о возможности революции, точнее о ее неизбежности.

«В конце XIX и начале XX века нельзя вести политику средних веков, когда народ делается, по крайней мере в части своей, сознательным, невозможно вести политику несправедливого поощрения привилегированного меньшинства за счёт большинства. Правители, которые этого не понимают, готовят революцию, которая взрывается при первом же случае. Вся наша революция произошла оттого, что правители не понимали и не понимают той истины, что общество, народ двигается. Правительство обязано регулировать это движение и держать его в берегах, а если оно этого не делает, а прямо грубо загораживает путь, то происходит революционный потоп».

Еще раз обратим внимание. Это не Ленин писал: «большинство наших дворян представляет собой кучку дегенератов». Это писал граф, руководившей экономикой Российской Империи.


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Кто на сайте

Сейчас 122 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

the soviet union

The-Soviet-Union

ussr.jpg

the-soviet-union

Связанные статьи

Победа большевиков

Победа большевиков была пирова. Большевикам досталась полностью разрушенная страна, фактически — с отсутствием централизованной власти. Эту страну необходимо вновь было собирать и вести вперед к новым победам.

«Социализм = Россия» — такова была формула сохранения нашего государства в то непростое время. Многие антисоветчики, в том числе из лагеря патриотов, обвиняли Ленина в том, что он предложил «неправильное» национально-государственное устройство СССР. Надо было, мол, создать вместо республик губернии — просто восстановить Российскую империю, и дело с концом. Отвергая решение собрать Россию в форме Советского Союза, нынешние критики не предлагают никаких разумных вариантов возрождения единой России в тех реальных условиях.

Империю растащил сепаратизм верхов, и Ленин предложил новый тип объединения — снизу, образуя национальные республики. Но эти республики мягко, почти невидимо накладывались на единый скелет из Советов — и страна стала бы именно единой. С этим предложением обратились к трудящимся, которые более всего страдали от своих национальных князьков и были заинтересованы в воссоздании единого государства. При этом учреждение национальных республик, входящих в Союз, нейтрализовало национализм, возникший при «обретении независимости».

Российская империя в форме СССР воссоздалась, так как национальные интересы других народов совпадали с интересами русского народа, и потому не получили поддержки сепаратисты, независимо от их политической программы — ни либеральные масоны на Украи-не, ни социалисты-меньшевики в Грузии, ни исламская буржуазия типа младохивинцев в Средней Азии. Красная армия везде воспринималась как общая многонациональная армия трудящихся России, и ни в какой части России не воспринималась как чужеземная армия.

Таким образом, либерализм верхов развалил Российскую Империю, и воссоздать её смог только социализм низов. Не было бы социализма, не было бы и России.

Исторический парадокс заключался в том, что именно интернационалисты большевики, столько говорившие о праве наций на самоопределение, сделали все возможное и невозможное, чтобы вновь сплотить Россию. А те, кто очень много рассуждал о «великой и неделимой», на деле сделали все, чтобы довести страну до полного развала. Сегодня об этом все забыли, но тогда это очевидное обстоятельство признавали даже «белые»:

«Противобольшевистское движение силою вещей слишком связало себя с иностранными элементами и поэто­му невольно окружило большевиков известным националь­ным ореолом, по существу, чуждым его природе. Причудли­вая диалектика истории неожиданно выдвинула советскую власть с ее идеологией интернационала на роль национально­го фактора современной русской жизни, — в то время как наш национализм, оставаясь непоколебленным в принципе, потускнел и поблек на практике вследствие своих хрониче­ских альянсов с так называемыми «союзниками»[1].

Черносотенец Б.В. Никольский признавал, что большевики строили новую российскую государственность, выступая «как орудие исторической неизбежности», причем «с таким нечеловеческим напряжением, которого не выдержать было бы никому из прежних деятелей».

Большевики нейтрализовали национал-сепаратистов предложением собраться в Союз республик с правом наций на самоопределение (которое сам Ленин относил к категории «нецелесообразного права» — так оно и воспринималось в СССР вплоть до успеха антисоветских «демократов»-западников в 1991 г.). Видный царский генерал М.Д. Бонч-Бруевич писал:

 «Скорее инстинктом, чем разумом, я тянулся к большевикам, видя в них единственную силу, способную спасти Россию от развала и полного уничтожения».

Это и есть главное, что пытаются замазать сегодня наши «либералы-западники» в союзе кое с кем из «патриотов» — именно большевики в гражданской войне стояли «на страже русских национальных интересов». А белые — на страже интересов Запада. И это была пропасть глубже, чем пропасть социальная или политическая. По мере того, как офицеры Белой армии это понимали, они перетекали в Красную, обеспечивая тем самым победу большевиков.


[1] Устрялов Н. В. Национал большевизм. М., 2003. С. 51.

Русские символы

Вообще, советский период был вершиной могущества русского государства. Мы стали первыми во многих областях: в науке, космосе, экономике, искусстве и т.д. И главное — мы стали себя уважать. С болью в сердце я смотрел по телевидению опрос, проводимый не так давно на улицах Вашингтона. Опрашиваемым показывали флаг России и спрашивали: «Чей это флаг»? Никто не мог ответить. Потом показывали наш родной советский флаг, и все отвечали: «Это флаг русских».

 Это мелочь, но очень показательная мелочь. Нас знали, уважали и боялись во всем мире, наши символы знали все. Мы были второй сверхдержавой мира. Кстати, красный цвет — это русский цвет, испокон веков любимый на Руси, слова «прекрасный» и «красный» имеют в основе один корень. Слово «красный» всегда было на Руси синонимом хорошего, красивого (красна девица, красная рубаха и т.д.). С этой точки зрения, символ государства — флаг —должен быть, естественно, красным.

Красный флаг — это флаг победы, причем победы не только над гитлеровскими оккупантами. С красным флагом вышел Дмитрий Донской на Куликово поле, с красным флагом поднималось народное ополчение в 1612 году. Красное знамя — память вековой борьбы русского народа за свое свободное будущее.

Русские в западном сознании связаны именно с красным, со звездой, с аббревиатурой «СССР». Это все наше, родное. Типичный пример виденья русского солдата польско-немецкого художника Якуба Розальского.

Какова же история трехцветного флага (триколора), являющегося сегодня государственным флагом России? Недавно в России отмечалось 300 лет триколора. Цифра, конечно, круглая, легко запоминается, единственный ее порок — недостаточная историческая обоснованность.

Дело в том, что о времени появления триколора историки много спорят. Считается, что впервые триколор появился в России в 1668 году. Он был поднят над кораблями конвоя, сопровождавшего морские торговые караваны царя Алексея Михайловича. И его прототипом был флаг Голландии, в то время далеко не последней морской державы. Однако официально этот флаг утвердился лишь при Петре I. Именно он 20 января 1705 года издал указ, по которому «на торговых всяких судах» должны поднимать бело-сине-красный   флаг, сам начертал образец и определил порядок цветных горизонтальных полос. Данный флаг стали называть «провиантским», но впоследствии стали поднимать и над военными судами.

Однако триколор не прижился, и вскоре был сменен на флаг, имеющий две перекрещенные по диагонали синие полоски на белом фоне стяга, который сегодня известен как Андреевский флаг.

Флагом империи триколор стал лишь в 1883 году, благодаря императору Александру III. Выбор Александра пал на «провиантский» флаг потому, что этот флаг на торговых судах России был известен в портах Европы. До того государственным флагом России был чёрно-жёлто-белый флаг, соответствующий трём цветам на гербе России.

«Как корабль назовешь, так он и поплывет». С появлением в 1883 году над Россией модифицированного голландского флага (триколора) словно злой рок распростер над ней свои крылья. Ни одной военной победы! Поражения в русско-японской и Первой мировой войне. «Провиантский» флаг не стал знаменем великой империи. Под этим флагом потерпели поражение белые армии. Окончательно его опозорили пособники фашистов — власовцы, использовавшие триколор как символ своей армии.

Таковы истории двух флагов. Один — русский, другой — голландский, один — символ доблести, другой — торговли, один — символ русских побед, другой — символ поражений и предательства.

§ 7. Менталитет «Солидарность»

§ 7. Менталитет «Солидарность»