Sidebar




На 10000 человек населения в России имелось 1,6 врача, 1,7 фельдшера, 1,7 акушера и повивальной бабки. В сельской местности 1 врач приходился на 26 тыс. человек. В США врачей на 10000 человек населения было в 4 раза больше, в Германии — в 2,7, в Англии — в 3,5, в Дании, Швеции, Бельгии, Голландии — в 3,2 раза больше.

В результате, по данным статистики, в 1913 году в России более 12 млн человек (7,26% населения) были поражены эпидемиями холеры, дифтерии, сибирской язвы, чесотки. Еще 9 млн человек страдали малярией, трахомой, коклюшем и т.д. Всего хронических больных заразными болезнями имелось 21 877 869 человек (13,2% населения страны).

Еще более чудовищны были показатели детской смертности. Из каждой тысячи новорожденных в возрасте до 1 года в России умирало 263 ребенка. Для сравнения: в Швеции на каждую тысячу родившихся умирало 70 детей до 1 года, в Англии — 108, в США и Франции — 112—115, в Италии — 138, в Германии — 151 ребенок.

В России, по данным «Статистического Ежегодника России», среди населения старше 9-ти лет (возраст поступления на учебу) грамотных было 27% (без учета Закавказья и Средней Азии). Для сравнения: в США даже среди негритянского населения грамотность достигала 56%.

Для сравнения с Россией, имевшей 227—228 человек грамотных на 1000 чел. населения (без учета детей дошкольного возраста), Бельгия имела 998 грамотных на 1000 чел. населения, Германия — 980, Англия — 816, Франция — 930, Австралия — 816, Австрия — 644, Венгрия — 524, Италия — 440 человек. 

Поделитесь данной статьей, повысьте свой научный статус в социальных сетях

      Tweet   
  
  

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Кто на сайте

Сейчас 16 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

the soviet union

The-Soviet-Union

ussr3.jpg

the-soviet-union

Связанные статьи

§ 2. Чем ответил Запад
Эпоха социализма

Как построить социализм? Поэтому после завершения гражданской войны в партии начались дискуссии о будущем России. Возникают несколько платформ, основными идеями которых являются:

  • Мировая революция. Определенная часть партии считает, что надо не останавливаться на достигнутом, и продолжает мечтать о мировой революции и использовании России в качестве детонатора мирового взрыва, рассматривая русских как пушечное мясо для осуществления этой идеи (Троцкий).
  • Крестьянский путь развития. Россия еще не созрела для построения коммунизма, т.к. пролетариат — гегемон нового общества — в России не развит. Нужно постепенное развитие с опорой на крестьянство (Бухарин)[1].
  • Реставрация. Были и такие, которые были не прочь реставрировать капитализм, так как власть они уже захватили, и теперь их больше интересовала возможность ее реализации, то есть возможность сколачивания состояний. Конечно, изначально, когда делали революцию, они не имели тайного плана захвата власти и реставрации старых порядков. Парадокс заключается в том, что это были самые идейные большевики, которые просто разочаровались. Ведь всё их мировоззрение строилось на том, что после Октябрьской революции произойдет мировая. А потом — отмирание государства и далее по списку. Но ничего этого не произошло, и всем уже было понятно, что в обозримом будущем не произойдет. Отсюда и разочарование.
  • Индустриализация. Суть данного подхода состояла в построении мощного индустриального государства, основанного на союзе рабочих и крестьян. Предполагалось построение коммунизма в отдельно взятой стране (Сталин).

Постепенно все позиции сгруппировались вокруг сталинского и троцкистского подходов. Многие представители ленинской гвардии примкнули к Троцкому, что и предопределило их последующую судьбу.

Борьбу этих позиций предвидел еще Ленин в своем «Письме к съезду». Ленин предвидел, что основными в вопросе устойчивости власти являются такие члены ЦК, как Сталин и Троцкий. Отношения между ними представляют наибольшую опасность раскола партии. Собственно, так и произошло.

Началась дискуссия, которая достигла своего пика к 1927 году, перед XV съездом партии. По законам того времени, за два месяца до съезда объявлялась общепартийная дискуссия, начинались дискуссионные собрания. Большинство партии не согласилось с идеями троцкистов. 724 тыс. ее членов высказались за политику ЦК и Сталина, и лишь 4 тыс. за троцкистов. Идеологическое поражение троцкистов было очевидно.

Эпоха социализма. Возобладал сталинский подход — построение мощного индустриального государства, основанного на союзе рабочих и крестьян. Был взят курс на построение мощнейшей социалистической державы. И только это единственное верное направление позволило нам отстоять нашу независимость в 1941—1945 годах.

«Мы не хотим оказаться битыми. Нет, не хотим! Мы отстали от передовых стран на 50—100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут»[2].

Удивительно точно сказано, но что еще более поражает, так это дата произнесенной Сталиным речи — 1931 год. Конечно, при решении столь грандиозной задачи стране приходилось напрягаться из всех сил. Были и перегибы, особенно в отношении крестьянства. Но надо понимать, что из крестьянства выкачивали средства не для того, чтобы партийная номенклатура строила себе дачи, а на строительство заводов, электростанций, создание новых и лучших в мире видов вооружений, проведение научных разработок и т.д.

По сути дела, решался вопрос о будущем страны, решался вопрос о нашей независимости, о существовании русских как нации, в том числе — и о возможности сохранения жизни тем же крестьянам.

Трудно сказать, что творилось в душе у Сталина, ведь известно: «чужая душа — потемки». Можно предположить, что Сталин и не хотел, чтобы Россия стала мощным государством, а его мотивация была следующей. Пролетариат — гегемон нового общества. В России его мало. Значит, надо его создать. Для того чтобы создать пролетариат, надо построить заводы. Таким образом, вопрос шел о создании социальной базы нового общества, аналогично тому, как либералы создают средний класс.

Возможно, мотивация была такова, а возможно, и нет. Однако с полной уверенностью можно сказать, что именно победа сталинского подхода спасла нашу страну второй раз.

Причудливая метаморфоза истории. Богоносность России воплощается в том, что в самый драматичный период российской истории ее спасает партия безбожников. Первый раз Ленин спасает от распада, причем, не ставя это основной целью своей политики.

Второй раз страну спасает Сталин, приняв программу, сам того не зная, подготовки к отражению нацистского порабощения. И Россия начала реализовывать эту программу тогда, когда нацисты даже не пришли к власти.


[1] Бухарин постоянно колебался между различными платформами.

[2] Сталин.

Русская альтернатива

Запад ненавидел и боялся Россию всегда, но после 1945 г. этот страх стал сравним с паникой. Боясь проиграть в открытой войне, Запад встал на путь войны холодной. Запад боялся даже не нашего военного преимущества, хотя оно стало очевидным, он боялся, что наш пример станет заразителен, он боялся нашего идеологического, культурного, научного, экономического преимущества.

Русская цивилизация — антипод цивилизации западной. Но не только это озлобляло Запад. СССР — первая держава, которая создала альтернативный Западу и более эффективный общественный строй.

«Благодаря революции страна совершила беспрецедентный рывок вперед во всех отношениях — в социальном, хозяйствен­ном, культурном, образовательном и т.д. Успех был настолько ошеломляющим для всей планеты, что Россия стала соблазни­тельным примером для многих народов. Это напугало Запад, и он с первых дней существования русского коммунизма вел упорную борьбу против него»[1].

Надо помнить, что коммунизм стал занимать умы не только в странах третьего мира, но и в самих странах Запада, это течение стало модным среди западной интеллигенции.

Надо помнить, что мы были первой научной державой мира. Страна, лежащая в руинах после войны, открыла космическую эру человечества, создала образцы вооружений, которым не было и нет до сих пор равных в мире.

Надо помнить, как Запад панически боялся наших высоких темпов экономического развития. В еще в 60-х годах никому из западных экономистов и в голову не приходило оспаривать преимущества советской экономики, они лишь говорили, что советская экономика, конечно, более эффективна, но это плата за отсутствие свободы. Так, президент США Дж. Кеннеди признавал, что

«советская экономика продолжает прогрессировать более высокими темпами, чем наша»[2].

Советский период стал вершиной русской цивилизации, и поэтому в тот период агрессия Запада против России достигла небывалых размеров. Все силы были брошены на демонтаж СССР и русского народа. Мы до сих пор пожинаем плоды нашего поражения.

«Была предпринята массированная попытка подавить независимость русского сознания, унизить его и смешать с грязью. Радио «Свобода» утверждало, что «перестройка не только должна демон­тировать то, что называется тоталитарным социализ­мом, но и изменить духовный строй русского человека, приблизить его к западному складу сознания». Должна произойти «мутация русского духа»! Нужно «русского человека выбить из традиции»… То, что с нами произошло, — это не проигранная война, а победа одной цивилизации над другой, ей чуждой, ко­торую надо истребить, превратить в духовную пусты­ню, где, как говорится, и трава не растет»[3].

Степан Филипович — коммунист, югославский партизан, народный герой Югославии

Не только наших лучших в мире видов вооружения боялись на Западе, они боялись появления нового мирового лидера, боялись утратить свою гегемонию в мире. В Сербии существует пословица «Нас и русских — 200 миллионов». Люди в мире стали гордиться своей этнической близостью к русским, и на Западе смертельно боялись, что настанет время, когда кто-то произнесет: «Нас и русских — 5 миллиардов».

«Коммунистическая идеология привлекала людей по все­му миру в 1950-е и 1960-е годы, когда она ассоциировалась с экономическим успехом и военной мощью»[4].


[1] Зиновьев А. Русский эксперимент. М., 1995. С. 31.

[2] Кеннеди  Дж. Стратегия мира.  1960.

[3] Шафаревич И. Р. Зачем России Запад? М., 2005. С. 18—19.

[4] Хантингтон С. Столкновение цивилизаций.  М., 2006. С. 131.