Sidebar

Каким образом социалистическая идея появилась в России? Вместе с появлением партии, возглавляемой Ленином? Нет.

Социализм в России к 1917 году имел почти вековую историю, и приверженцами этой доктрины были наиболее выдающиеся представители русской мысли.

Первым шагом в направлении формирования социалистической доктрины можно считать «Русскую Правду» Пестеля.

«Размышляя о ходе развития Запада после происшедших там буржуазных революций, Пестель пришел к выводу о нерешенности ими социальных задач и ограниченности утвердившегося там общественного строя: феодальная аристократия сменилась аристократией богатства. С последней Пестель связывал еще большую «порчу нравов»[1].

Но как оформленная доктрина русский социализм появился позднее, в 30-х годах XIX в., ее основателем был Александр Иванович Герцен. Это течение социалистической идеи так и называлось: «русский социализм», идеи которого разделяли многие видные русские мыслители.

Для Достоевского проблема социализма была чрезвычайно значимой как выражение социального идеала и русской идеи вообще. Однако он был против социа­лизма атеистического, богоборческого и, следовательно, без­нравственного.

«Не в коммунизме, не в механических формах заключается социализм народа русского… спасется лишь, в конце концов, все­светным единением во имя Христово. Вот наш русский социа­лизм!»[2].

Аналогичны были и воззрения Огарева, который истолковывал социализм как «новое христианство», акцентируя его нравственный аспект.

Позднее, в 1845—1849 гг., появляются первые социалистические кружки, группирующиеся вокруг Михаила Васильевича Петрашевского-Буташевича, занимавшиеся пропагандой социалистической идеи. Кружок Петрашевского был разогнан, его участники (123 человека) арестованы. Петрашевский и еще 20 подсудимых по этому делу были приговорены к смертной казни, замененной в последний момент каторгой и последующей ссылкой. Среди приговоренных был и Федор Михайлович Достоевский.

В конце 50-х годов XIX века идеи социализма развивал Николай Гаврилович Чернышевский, который пришел к следующему выводу: социализм есть неизбежный результат социально-экономической истории общества по пути к коллективной собственности и «принципу товарищества». Чернышевский видел осуществление социалистического идеала в развитии крестьянской общины и последующей крестьянской революции. В июле 1862 г. Чернышевский был арестован и поплатился за свои идеи, получив семь лет каторги.

В пропаганду социалистических идей включились такие блестящие публицисты, как Добролюбов, Шелгунов, Серно-Соловьевич, Писарев, Заичневский.

В 60—70-е годы наступил новый этап развития русского социализма, который можно назвать народническим. Его главными идеологами были Лавров, Ткачев, в какой-то мере Н. Морозов. Концепции Герцена и Чернышевского сменились теориями, в которых общетеоретические основы первых преобразовывались в программы социального действия, пропагандирующие массовый «выход в народ», с целью разбудить и развить в нем его «социалистический инстинкт».

«Новое поколение его адептов сумело сформулировать идею социализма как политический и нравственный принцип, как формулу непосредственного действования. «Хождение в народ» выходило за рамки простой политической акции — оно вылилось в своеобразное приобщение к источнику того, что признавалось за воплощение справедливости и добра».[3]

Важную роль в пропаганде социалистических идей и защите русской крестьянской общины сыграл великий русский писатель Л. Толстой, которого Ленин назвал «зеркалом русской революции».

 «Везде, где только русские люди осаживались без вмешательства правительства, — пишет он, — они устанавливали между собой не насильническое, а свободное, основанное на взаимном согласии, мирское, с общинным владением землей управление, которое вполне удовлетворяло требованиям мирного общежития»[4].

Позднее наступил марксистский этап развития социалистической идеи, связанный, прежде всего, с именами Плеханова и Ленина.

Следовательно, можно с полным правом сделать вывод: социализм был органически русским явлением, отражением русского менталитета с присущим ему мессианством, коллективизмом, преобладанием нравственных ориентиров. Можно сказать, социализм был социальной формой православия, направленной на регламентацию и разрешение вопросов социально-экономического характера.

«…Русский социализм не есть порождение классовой сущности пролетариата: в 1917 году русский пролетариат был слаб и неразвит, в то время как развитый пролетариат Германии проиграл свою революцию, а еще более развитый английский пролетариат даже и не попытался осуществить ее. Русский социализм — есть свободное, произвольное выражение национального духа. А национальный дух России сформирован Православием»[5].


[1] Новикова Л., Сиземская И.  Русская философия истории.  М., 2000. С. 35.

[2] Достоевский Ф. М. Полн. собр. соч. В 30 т.  Л., 1984. Т. XXVII. С. 19.

[3] Новикова Л., Сиземская И.  Русская философия истории.  М., 2000. С. 35.

[4] Толстой Л.Н. Цит. по диалогу профессора С. Н. Чурбакова «Из своего далека Толстой грозит нынешним реформаторам» // Правда, 5. № 78. С. 4.

[5] Строев С. Русский социализм — доктрина победы. // Интернет против Телеэкрана. http://www.contr-tv.ru


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Кто на сайте

Сейчас 49 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

the soviet union

The-Soviet-Union

ussr3.jpg

the-soviet-union

Связанные статьи

§ 4. Менталитет «Успех»

§ 4. Менталитет «Успех»

Переход к шестому этапу. От солидарности к творчеству

После того как человек «встает на ноги» он заводит семью. Конечно, бывает и наоборот, молодая семья «сидит на шеи у родителей», но назвать такую семью полноценной самостоятельной ячейкой общества, вряд ли возможно. В семьи появляются дети. Все это нормально, естественно, и через этот этап проходит абсолютное большинство людей сейчас, 100 лет тому назад, 1000 лет тому назад…

Какова аналогия в общественном развитии? У человечества нет половых органов, гендерных различий и семейный этап, поэтому приобретает несколько иное, социальное звучание.  Нормальная семья создается на основе любви. Конечно, бывает всевозможные отступления, но мы говорим об идеальном, так сказать, правильном случаи. Любовь — чувство, свойственное человеку, глубокая, самоотверженная привязанность к другому человеку или объекту, чувство глубокой симпатии. Откровенно говоря, если отбросить всю поэтику, любовь проистекает из полового чувства. Единство взглядов, поддержка … это все присутствует в семье, но биологическая составляющая – половое чувство присутствует обязательно. Иначе половая измена так жестко не осуждалась и не приводила к разводам. Да и представить пламенную любовь восемнадцатилетнего в  восемьдесятилетней вряд ли возможно при всем единстве взглядов.

Так вот, если очистить этот этап от биологической составляющей, то в социальном аспекте любви будет соответствовать солидарность - единство убеждений и действий, взаимная помощь и поддержка, основанные на общности интересов и необходимости осуществления общих целей.

У семьи много функций, анализ которых выходит за пределы нашей работы. Но главная функция репродуктивная – в семье появляется ребенок. Опять экстраполируем развитие отдельного человека на социальное развитие. В социальном аспекте – это этап творчества. Мы видим, что у этой ступени развития есть три атрибута:

  • Уникальность. Создается уникальный феномен, никогда не существовавший ранее. В большинстве случаев – это ребенок, обладающий уникальным набором генов, способностей, особенностей внешности, характера и т.д. Этот тип творчества в большей степени соотносится с прекрасной половиной человечества, ведь только им доступно такое творение. Но и мужчины рожают, но не детей, они актуализируют свой творческий потенциал в сфере духовного, интеллектуального. Именно здесь, наиболее талантливыми, создается нечто уникальное, неслучайно, за редчайшим исключением, в научных областях, все нобелевские лауреаты – мужчины. Свое творения они воспринимают как дитя, отказывая себе во всем, ради него. Здесь, кроется и ключ к проблеме семейных сложностей у большинства творческих личностей, обусловленные несовместимостью разных типов самоактуализации.
  • Альтруистическое творение. Если на этапе «вставания на ноги» индивид производит все для равноценного обмена, произведенных им ценностей, на ценности произведенные другими людьми, но отсутствующие у индивида, например, обмен рабочей силы на зарплату. То на новом этапе происходит процесс планомерного  альтруистического созидания. Любое творчество  своей сути альтруистично, а воспитание детей и тому подавно.
  • Вклад в общественное развитие. Конечно, рожая ребенка, человек не осознает, что он создал кирпичик, из которого будет строиться общество в будущем. Самоактуализирующаяся личность это более четко осознает и стремится к этому. Но вне зависимости от понимания или непонимания, человек создает то, без чего будущее невозможно, тем самым выполняя свою скромную историческую миссию.

Таким образом,  после этапа «вставания на ноги» в общественном развитии должен наступить этап творчества, в ходе которого человек раскрывает свой уникальный потенциал, обретает бессмертие в детях, идеях, произведениях искусства и т.д.

Вообще же творчество (самоактуализация) есть важнейшая потребность личности и потребность общественного развития.

Победа большевиков

Победа большевиков была пирова. Большевикам досталась полностью разрушенная страна, фактически — с отсутствием централизованной власти. Эту страну необходимо вновь было собирать и вести вперед к новым победам.

«Социализм = Россия» — такова была формула сохранения нашего государства в то непростое время. Многие антисоветчики, в том числе из лагеря патриотов, обвиняли Ленина в том, что он предложил «неправильное» национально-государственное устройство СССР. Надо было, мол, создать вместо республик губернии — просто восстановить Российскую империю, и дело с концом. Отвергая решение собрать Россию в форме Советского Союза, нынешние критики не предлагают никаких разумных вариантов возрождения единой России в тех реальных условиях.

Империю растащил сепаратизм верхов, и Ленин предложил новый тип объединения — снизу, образуя национальные республики. Но эти республики мягко, почти невидимо накладывались на единый скелет из Советов — и страна стала бы именно единой. С этим предложением обратились к трудящимся, которые более всего страдали от своих национальных князьков и были заинтересованы в воссоздании единого государства. При этом учреждение национальных республик, входящих в Союз, нейтрализовало национализм, возникший при «обретении независимости».

Российская империя в форме СССР воссоздалась, так как национальные интересы других народов совпадали с интересами русского народа, и потому не получили поддержки сепаратисты, независимо от их политической программы — ни либеральные масоны на Украи-не, ни социалисты-меньшевики в Грузии, ни исламская буржуазия типа младохивинцев в Средней Азии. Красная армия везде воспринималась как общая многонациональная армия трудящихся России, и ни в какой части России не воспринималась как чужеземная армия.

Таким образом, либерализм верхов развалил Российскую Империю, и воссоздать её смог только социализм низов. Не было бы социализма, не было бы и России.

Исторический парадокс заключался в том, что именно интернационалисты большевики, столько говорившие о праве наций на самоопределение, сделали все возможное и невозможное, чтобы вновь сплотить Россию. А те, кто очень много рассуждал о «великой и неделимой», на деле сделали все, чтобы довести страну до полного развала. Сегодня об этом все забыли, но тогда это очевидное обстоятельство признавали даже «белые»:

«Противобольшевистское движение силою вещей слишком связало себя с иностранными элементами и поэто­му невольно окружило большевиков известным националь­ным ореолом, по существу, чуждым его природе. Причудли­вая диалектика истории неожиданно выдвинула советскую власть с ее идеологией интернационала на роль национально­го фактора современной русской жизни, — в то время как наш национализм, оставаясь непоколебленным в принципе, потускнел и поблек на практике вследствие своих хрониче­ских альянсов с так называемыми «союзниками»[1].

Черносотенец Б.В. Никольский признавал, что большевики строили новую российскую государственность, выступая «как орудие исторической неизбежности», причем «с таким нечеловеческим напряжением, которого не выдержать было бы никому из прежних деятелей».

Большевики нейтрализовали национал-сепаратистов предложением собраться в Союз республик с правом наций на самоопределение (которое сам Ленин относил к категории «нецелесообразного права» — так оно и воспринималось в СССР вплоть до успеха антисоветских «демократов»-западников в 1991 г.). Видный царский генерал М.Д. Бонч-Бруевич писал:

 «Скорее инстинктом, чем разумом, я тянулся к большевикам, видя в них единственную силу, способную спасти Россию от развала и полного уничтожения».

Это и есть главное, что пытаются замазать сегодня наши «либералы-западники» в союзе кое с кем из «патриотов» — именно большевики в гражданской войне стояли «на страже русских национальных интересов». А белые — на страже интересов Запада. И это была пропасть глубже, чем пропасть социальная или политическая. По мере того, как офицеры Белой армии это понимали, они перетекали в Красную, обеспечивая тем самым победу большевиков.


[1] Устрялов Н. В. Национал большевизм. М., 2003. С. 51.