Sidebar

Социализм в России был предопределен. Россия ментально всегда была социалистической, даже тогда, когда социализма как политической системы не существовало. 


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Кто на сайте

Сейчас 19 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

the soviet union

The-Soviet-Union

ussr.jpg

the-soviet-union

Связанные статьи

§ 3. Время упущенных возможностей

§ 3. Время упущенных возможностей

Подведем итоги

У меня нет никакой мотивации очернять царскую Россию, как не было подобной мотивации и у монархистов — очевидцев того состояния, в котором находилась Россия. И я, и они писали это с горечью. Но против фактов не попрешь. Да и зачем?

 Наиболее активные из монархистов создавали различные организации. Но Россия не пошла за ними ни в феврале, ни в октябре. Монархия изжила себя, и круг её поддержки стремительно сокращался.

Все написанное выше должно дать нам ясную картину, почему события неизбежно шли к 1917 году, почему ни военная помощь Англии, Франции, США, Японии, предоставленная Колчаку, Деникину, Юденичу, Миллеру, ни прямая иностранная военная интервенция не смогли сломить большевиков. Почему белое движение, контролируя летом 1918 г. до 4/5 территории России, потерпело в итоге поражение.

Крестьянская Россия заключила негласный договор с большевиками — согласилась терпеть продразверстку, ВЧК и т.д. и т.п., но при условии, что большевики ГАРАНТИРУЮТ НЕВОЗВРАЩЕНИЕ СТАРЫХ ПОРЯДКОВ. Этот поворот крестьянства к большевикам в 1918 г. и обеспечил крушение белого движения.

Царская Россия начала ХХ века удивительно напоминает Россию начала XXI столетия. Отличия же во многом обусловлены тем, что сегодня еще не до конца уничтожено советское наследие.

Поэтому пока еще сохраняется относительно высокий уровень образования. Но реформа средней школы, в результате которой будет существенным образом сокращено количество бесплатных предметов, думается, решит эту «проблему».

Сокращается количество специалистов в сфере здравоохранения. Врач широкого профиля должен стать основой российского здравоохранения. Этакий земский врач, который умеет все, но очень неглубоко.

Да и зачем простому люду качественное образование и здравоохранение? Конечно, элита в таких учреждениях лечиться не будет, точнее, она уже лечится за границей, где также и учит своих детей.

Лидеров националистических сил уже начали постоянно таскать по судам, так что никакого существенного влияния в обществе они иметь не будут. От отчаяния наиболее деятельные из них, вероятно, перейдут к индивидуальному террору.

Вместо больниц будут строиться и уже строятся церкви, власть имущие станут постоянно рассуждать о святости и нарушать абсолютно все заповеди, но церковь будет молчать, более того — поддерживать эту богоборческую по своей сути власть, вспоминая о подачках в виде пожертвований.

Постепенно мы придем и уже приходим к тому, что не сможем выпускать собственные автомобили, самолеты и корабли, как, впрочем, и современное вооружение. Все это будет закупаться за границей. То, что у нас есть сейчас, было изобретено в СССР. Ничего иного мы произвести даже спустя 20 лет так и не смогли.

Постепенно Россия разучится выпускать сколько-нибудь качественные наукоемкие товары. Фотоаппараты, ноутбуки, сотовые телефоны, мотоциклы, кондиционеры, стиральные машины… — все это будет выпускаться где угодно, но только не в России. Нашим уделом станет сырье — низкого качества и с высокой себестоимостью. Раньше производили и продавали хлеб, лес, пушнину, теперь — нефть, газ, низкосортный металлопрокат.

Представители господствующего класса будут постоянно тешить простой люд разговорами о великой России и все также вывозить капиталы за рубеж, покупать там квартиры, дворцы и замки. Коррупция, моральная деградация, предательство национальных интересов достигнут (уже достигли?) небывалых размеров. В конечном счете, наша внешняя политика будет полностью зависеть внешних сил.

Образ будущей России нетрудно составить, достаточно просто экстраполировать образ царской России в современность. Все это уже было, часто мы повторяем историю до мельчайших подробностей. Отличия современной России и царской несущественны, раньше проституток возили в Ниццу, теперь в Куршевель.

Современный властный бомонд поэтому так и любит Россию начала ХХ века. Не потому, что это было время процветания России, — это было время процветания таких, как они сами. Как говорится, рыбак рыбака видит издалека. Есть, правда, одна загвоздка — кончилось все это плохо.

И напоследок. Современные либералы очень любят воспевать отца либеральных реформ эпохи Николая II, председателя Совета министров - Сергей Юльевич Витте. Вспомним и мы:

«Большинство наших дворян представляет собой кучку дегенератов, которые, кроме своих личных интересов и удовлетворения личных похотей, ничего не признают, а потому и направляют все усилия на получение тех или иных милостей за счёт народных денег, взыскиваемых с обедневшего русского народа для государственного блага»

И еще более глубоко о возможности революции, точнее о ее неизбежности.

«В конце XIX и начале XX века нельзя вести политику средних веков, когда народ делается, по крайней мере в части своей, сознательным, невозможно вести политику несправедливого поощрения привилегированного меньшинства за счёт большинства. Правители, которые этого не понимают, готовят революцию, которая взрывается при первом же случае. Вся наша революция произошла оттого, что правители не понимали и не понимают той истины, что общество, народ двигается. Правительство обязано регулировать это движение и держать его в берегах, а если оно этого не делает, а прямо грубо загораживает путь, то происходит революционный потоп».

Еще раз обратим внимание. Это не Ленин писал: «большинство наших дворян представляет собой кучку дегенератов». Это писал граф, руководившей экономикой Российской Империи.

Проблемы СССР

Однако, конечно, развитие СССР не было беспроблемным. Существовали четыре основные экономические проблемы.

Отставание. К сожалению, СССР отставал от США. Но в чем суть этого отставания? В неэффективности советской экономики или в чем-то другом?

Сначала простая арифметическая задача. У Ивана есть 10 рублей, а у Джона 100 рублей. Оба они положили деньги в банк под десять процентов годовых. Через год у Ивана стало 11 рублей, а у Джона 110 рубля. Если на начало года разница между Иваном и Джоном составляла 90 рублей, то через год разница увеличится и будет составлять уже 99 рубля. Через 70 же лет у Джона будет 78.974 рублей[1], у Ивана лишь 7.897 рубля, а разница между Иваном и Джоном будет составлять 71.077 рубля.

Можно ли делать вывод о меньшей эффективности банка, оперирующим деньгами Ивана? Нет, эффективность банков абсолютна одинакова. Но, несмотря на одинаковую эффективность, пропасть между Иваном и Джоном увеличилась в 790 раз.

Чтобы разница между Джоном и Иваном осталась прежней, банк, в который кладет деньги Иван, должен давать не 10% годовых, как у Джона, а более чем 13,6%, то есть  банк Ивана должен работать лучше банка Джона на 36% только для того, чтобы поддерживать паритет. Такая вот арифметика, о которой мало кто задумывался, гневно обличая неэффективность советской экономики.

А теперь зададимся простым вопросом: за время существования двух сверхдержав разрыв между ними сократился, увеличился, остался прежнем?

Этот разрыв неуклонно сокращался, несмотря на худшие биоклиматические условия и нашествия гитлеровских полчищ (рис. 2)[2].

Как видим, советская производительность в 1986 году ниже американской почти в 2 раза. Это бесспорно, как бесспорно и то, что этот разрыв постоянно сокращался. СССР стал по объему ВНП второй державой в мире, и его цель была стать первой. Сегодня мы лишь мечтаем о том, чтобы закрепиться в десятке.

Замедление. Советская экономика столкнулась с проблемой замедления экономического роста. Это признавали и западные экономисты. Как справедливо отмечают авторы известного учебника «Экономикс» К. Макконнелл и С. Брю, которых уж ни как не заподозришь в любви к СССР,

«В 70—80 годах Советский Союз столкнулся с проблемой заметного сокращения высоких темпов экономического роста, которыми отличалась советская экономика два десятилетия после окончания мировой войны»[3].

Действительно, в IV пятилетке 1946—1950 гг. годовой рост ВНП составлял около 20%. Таким образом, вся проблема заключалась в сокращении высоких темпов роста, не более того. Никакого застоя, в сравнении с развитыми странами, не было.

Дисбаланс. Если обсуждение первых двух проблем было в основном уделом профессионалов, то две другие постоянно обсуждались обывателем, причем явно в критическом аспекте. Дисбаланс в торговле приводил к тому, что по многим группам товара, несмотря на громадные объемы производства, спрос все время оставался неудовлетворенным. Например, количество производимой кожаной обуви в начале 80-х годах в СССР было в несколько раз больше, чем в США и, тем не менее, в СССР ощущался её острый дефицит. Проблема дефицита — очень важная проблема, и мы далее разберем ее отдельно.

Товары народного потребления. В Советском Союзе так и не было налажено производство качественных товаров народного спроса, прежде всего, одежды и бытовой техники. Страна, открывшая космическую эру человечества, создавшая и наладившая массовый выпуск по многим параметрам лучших в мире видов вооружения, так и не смогла наладить производство двухкассетных магнитофонов и пошив джинсов.

Требовались реформы, обычные реформы, которые постоянно идут во всех странах, но в конце 80-х вместо обдуманных реформ был совершен целенаправленный развал Советского Союза, плоды чего мы пожинаем до сих пор. Русский философ А. Зиновьев, которого выгнали из СССР за антисоветчину, позже напишет:

«Запад навязал нам, русским, свое понимание явле­ний не только своей, но и нашей жизни и истории. Запад поступил с нами так, как европейцы в свое время поступили с индейцами в Америке. Он подкупил нас самыми грошовыми отходами своего образа жизни и заразил нас своими пороками. У нас не оказалось им­мунитета против тлетворного влияния Запада. Мы предали великие завоевания нашей революции и со­ветской истории за жевательную резинку, джинсы, рок-музыку, свободу проституции и грабежа народа»[4].

Застой же у нас был в идеологии. В то время как Запад вел бешеную работу на поле психологической войны, наша пропаганда обмусоливала марксистские постулаты вековой давности, давно не соответствующие реальности и всем уже давно надоевшие. На Западе возникла целая наука, изучавшая Советский Союз — советология, велись серьезные работы по исследованию психики, проводились различные тесты и эксперименты. К сожалению, советское руководство вовремя не осознало опасность психологической войны и не смогло принять адекватные меры, что обусловило в конечном счете развал страны.

И опять же, не был сделан осмысленный шаг в сторону русификации социалистической идеи, несмотря на то, что Брежнев был первым русским руководителем Советского Союза.

Нередко говорят о том, что Политбюро превратилось в дом престарелых. Это не совсем так. В то же время, когда в СССР Генеральными секретарями были Брежнев, Андропов, Черненко, в США президентом был Рейган. Рейгана в США считают одним из лучших президентов, он был во главе государства с 1981 по 1989 годы и ушел с поста президента в 78 лет. В то же время с поста Генерального секретаря Брежнев ушел в 76 лет, Андропов в 70 лет, а Черненко в 74 года. Согласно статистике, средний возраст  партийной элиты при Брежневе составлял 59,1 года. В это же время в США средний возраст политической элиты был примерно равен 57,5 лет, бюрократической — 62,5 лет[5]

Таким образом, главный порок брежневского управления страной заключался в том, что страна развивалась неадекватно времени, мы не использовали громадные преимущества планового социалистического хозяйства, страна шла вперед по инерции во всем — от идеологии до экономики, вместо того чтобы развиваться быстрыми темпами в соответствии с велениями времени.

Да, был кризис. Однако все эти проблемы были смешны, мы, по сути, даже не понимали,  что такое кризис. В 90-е годы мы это осознали. Годы без зарплаты, вал самоубийств, миллионы беспризорников, дети, которые ели комбикорм.

Или возьмем современный европейский кризис. Вполне себе благополучная Испания. Только официально — 20% безработных, сокращение социальных выплат, планы по увеличению пенсионного возраста. В Греции ситуация еще хуже, не намного лучше в Португалии, Ирландии, Италии. Темпы роста, в лучшем случае, в самых передовых странах 1—2%. Многотысячные демонстрации разгоняются слезоточивым газом, дубинками, водометами и резиновыми пулями.

Алкоголизм. Чрезмерная защищенность и расслабленность влияла на неуклонный рост потребления спиртных напитков (с 1,9 л чистого алкоголя на душу населения в 1952 г. до 14,2 л в 1984 г.).

В то же время, доктор медицинских наук А.В. Немцов считает, что рост алкоголизации происходил и в других странах мира (в частности, во Франции в 1965 г. он достигал 17,3 л/чел., что привело Шарля де Голля к необходимости принятия антиалкогольных правительственных актов).

«После Второй мировой, приблизительно с середины 50-х годов, когда были залечены основные раны, во всем мире, но особенно в Европе и Северной Америке, вместе с ростом материального достатка начался неудержимый рост потребления алкоголя. Благополучнейшая тогда Швеция за 30 лет — с 1946 по 1976 гг. — увеличила потребление на 129 %»[6].

Алкоголика нельзя было выгнать с работы, с ним нянчились, брали на поруки. Все это хорошо отражено в фильме «Афоня».

В СССР никто не голодал, никто не боялся потерять работу. Минимальная преступность, отсутствие наркомании. Социальные гарантии постоянно расширялись. Бесплатные квартиры, пионерлагеря, санатории, лечение, достойная пенсия. Мы разрушили страну из-за проблем, которые в западной стране даже не стали бы предметом серьезного обсуждения. Однако главной проблемой был дефицит, анализу которого посвящен следующий раздел.


[1] Учитывая процент на процент

[2] Грошев В.П. Занимательная экономика. М., 1988. С. 19.

[3] Макконнелл К.Р., Брю С.Л. Экономикс: Принципы, проблемы и политика.  В 2 т. Т. I. М., 1992. С. 15

[4] Зиновьев А. Смута.  М., 1994. С. 379.

[5] Ашин Г.К. Основы политической элитологии.  М., 1999. С. 218, 265.

[6] http://vivovoco.rsl.ru/VV/PAPERS/NATURE/VV_SC4_W.HTM Немцов А.В. Есть такая наука — алкология. Природа. 1995, № 11.