Sidebar

Сотрудничество. В значительной степени коллективизмом обусловлен патернализм, который выражается в надежде на государство, обязанное решать проблемы каждого гражданина. Государственное попечительство рассматривается как «благо» и обязанность властей перед обществом (народом). В качестве идеала государственной власти российский менталитет предполагает, в первую очередь, власть единоличную (ответственную), сильную (авторитетную) и спра­ведливую (нравственную). В силу этого, в национальном сознании сложилось определенное отноше­ние к авторитету. С одной стороны — вера в авторитет, часто наделяемый харизматическими чертами, и, соответственно, ожи­дание от него «чуда», сопровождаемое постоянной готовностью ему подчиняться. С другой — убеждение в том, что авто­ритет сам должен служить «общему делу», национально-государ­ственной идее. Отсюда направленность национального сознания на контроль за деятельностью авторитета через постоянное соотнесение ее с «общим делом», которое сооб­ща переживается людьми. Если авторитет осуществляет деятель­ность вразрез с этими взглядами, то его образ меркнет, и авторитета, как правило, свергают, а иногда и жестоко с ним рас­правляются.

Вообще, патернализм — ключ ко многим загадкам русской души, мы самая патерналистская нация. Разгадка этого феномена кроется в нашей истории. Русские веками формировались как армия. А в армии выполняют приказ и не ропщут.

Почему в постперестроечной России не идут реформы? Потому что в армии возможны реформы только при соблюдении двух условий: во-первых, они должны быть вертикальны, во-вторых, жестки и не обсуждаемы. Царь должен брить бороды или строить Днепрогэс. Если же он что-то блеет о каких-то налоговых изменениях, которые должны что-то где-то изменить, создать какие-то стимулы, то народ это воспринимает, как что-то чуждое, и всегда саботирует. Настоящий реформатор должен брить насильно бороды. Тогда и царь воспринимается как настоящий, и реформы идут.

Почему русские — единственный народ, который не создает диаспоры? Потому что истинные солдаты не создают диаспор. Они подчиняется руководству. Руководство меняется, они подчиняются ему полностью, подстраивая себя под новые порядки. Цвет русского дворянства в одно поколения стал французским, забыв свои вековые рода, гербы, язык. Все что осталось русского, так это русское кладбище.

На Западе требуют свободы, русские требуют порядка. Почему? В армии не может быть свободы. Партии, которые на своих предвыборных знаменах начертали «Свобода», всегда будут иметь несколько процентов и проиграют тем, кто выступает за порядок.

Патернализм во многом обуславливает такое качество, как долготерпение. Часто создается впечатление, что терпение русских безгранично. Столько лишений, сколько пережила русская нация, не пережил ни один этнос.

«Подвиг непротивления — русский подвиг… Ха­рактерно для русской религиозности юродство — при­нятие поношения от людей, посмеяние миру, вызов миру. …Самосжигание как религиозный подвиг — русское национальное явление, почти неведомое другим народам»[1].

Однако надо понимать, что русские не готовы терпеть все что угодно и от кого угодно. Именно терпеливые русские мужики, не потерпев оккупантов, уходили в партизаны в 1912 году. Массовое партизанское движение было неведомо народам Европы, несмотря на присущую им высокую степень ассертивности (т.е. способности человека не зависеть от внешних влияний и оценок, самостоятельно регулировать собственное поведение и отвечать за него). Казалось бы, все должно было быть иначе: во Франции должны быть партизаны, в России — смиренные русские. Но в действительности было наоборот. Почему?

Русские терпеливы по отношению к действиям государства, потому что считают его своим. Каждый человек позволяет близким людям то, что не позволил бы чужому человеку. Здесь очень важно понять, что русские понимают под государством.

Для западного человека государство — это, прежде всего, чиновник и закон. Так, по данным опросов, в Великобритании 69% считают, что закон не может быть несправедлив, и только 10% считали, что парламентарии плохо работают[2]. Русские не любят как первое, так и второе, потому что для нас государство — это территория, идея и, наконец, государь.

«Чиновник», «бюрократ» — в лексиконе русского обывателя слова с явно выраженной негативной окраской. Общество всегда воспринималось русскими как большая и единая семья. Неслучайно слово «государство» — однокоренное со словом «государь», то есть государство есть вотчина государя, как главы семейства. В то время как западные варианты слова государства происходят от латинского слова status (состояние): state (англ.), staat (нем.), etat (фр.), stato (итал.), estado (исп.). Отсюда проистекают западные теории о государстве, возникшем для упорядочивания естественного состояния, когда все борются друг против друга.

«В России главным действующим лицом было государство. Всё зависело от его нужд, его задач. В России государство стояло «как утес среди моря» (по выражению Ф. Броделя). Всё замыкалось на его всемогуществе, на его усиленной позиции, на его самовластии как по отношению к городам, так и по отношению к православной церкви, или к массе крестьян, или к самим боярам»[3].

Даже народное представительство возникло в России не для того, чтобы ограничить власть царя, как это было на Западе, а напротив — чтобы усилить её. Наибольшее влияние земские соборы имели в начале XVII века, когда страна только вышла из Смутного времени, вследствие чего царская власть была очень слаба.

«Вече и князь представляли собой два необходимых элемента государственной власти: князь был необхо­дим земле для управления и суда, т.е. для установле­ния внутреннего порядка и, кроме того, для защиты страны от внешних врагов; вече, в свою очередь, было необходимо князю, потому что без поддержки насе­ления с одной своей дружиной он далеко не всегда был бы в состоянии провести в жизнь намеченные им меры. Таким образом, оба эти элемента власти допол­няли, поддерживали друг друга, действовали в духе «одиначества» (единения)… Эта черта тоже отделяет Древнюю Русь от средневе­ковой Европы, где вече (парламент) сложилось как противовес княжеской (королевской) власти»[4].

Государь для российского общества — символ государства. Даже восстания народа в России носили на себе отпечаток этой национальной особенности. Крестьянские войны под предводительством Разина (1670—1671 гг.), Булавина (1707—1708 гг.), Пугачева (1773—1775 гг.) имели одну важную, чисто русскую особенность. Эти восстания были не против существующих порядков, даже не против существующей власти, как в Европе. Восставшие были уверены, что царь не знает о творимых на местах беспорядках или что правит не настоящий царь, а самозванец, и целью восстания было восстановление в правах настоящего царя. Не допускалась даже мысль о том, что настоящий царь может быть несправедлив. То есть восстания были направлены не на исправление патриархальных принципов существования государства, а на приведение их в норму (править должен настоящий царь, а не самозванец).

«То есть россияне славились тем, чем иноземцы укоряли их: слепою, неограниченной преданностью к монаршей воле в самых ее безрассудных уклонениях от государственных и человеческих законов»[5].

Альтруизм. С духовностью связаны такие качества как альтруизм, доброжелательность, человеколюбие, милосердие, миролюбие, человечность, сердечность.

У русских, проживающих в Сибири, существовал обычай оставлять на ночь еду у калитки, чтобы возможный беглый каторжник не умер с голоду. Хотя понимали, что преступник, а было жалко — русские склонны к состраданию. Это качество часто играло и отрицательную роль. Русские часто жертвовали своими интересами ради интересов других народов, которые впоследствии отворачивались от нас или, еще хуже, присоединялись к нашим врагам.

Русские, в отличие от Запада, никогда не эксплуатировали другие народы — ни Азию, ни Кавказ, ни Прибалтику. В СССР только Россия и Белоруссия вкладывали в союзный бюджет больше, чем получали из него. Более того, многие народы вообще обязаны России своим существованием.

«Александр (грузинский царь, — авт.), целуя крест, клялся вместе с тремя сыновьями, Ираклием, Давидом и Георгием, вместе со всею землею, быть в вечном, неизменном подданстве у Федора (русский царь, — авт.), у будущих детей его и наследников, иметь одних друзей и врагов с Россиею, служить ей усердно до издыхания»[6].

Русский  альтруизм, который обуславливает стремление к постоянной безвозмездной помощи другим народом, следует отличать от взаимопомощи — атрибута коллективистских цивилизаций. При взаимопомощи предполагается взаимность, русские же всегда помогали альтруистично, без всякой надежды на выгодность последующих взаимоотношений.

«У русских, в случае необходимости, считается нормальным оставить свои ключи от квартиры именно у соседей — чтобы поливать цветы, давать корм рыбкам или кормить домашнего кота. В Европе эти функции выполняет консьержка, причем за определенную плату» [7].

Надежда на безвозмездную помощь порождает иждивенческие настроения, но, с другой стороны, благодаря взаимопомощи народ легче проходит через тяжелые испытания. Нельзя не отметить и положительное влияние взаимопомощи на моральный климат в обществе. В индивидуалистических культурах дружеские связи многочисленны, но не глубоки и не постоянны, социальные обязательства избе­гаются.

Равенство нередко вырождается в уравниловку и зависть. Однако необходимо помнить, что уравниловка и стремление к равенству — разные феномены. Уравниловка ведет к нивелировке индивидуальности, равенство же есть аспект справедливости: равенство возможностей, равенство перед законом и т.д. Уравниловка — это выхолощенное стремление к равенству.

Нередко равенство относят к проявлениям коллективизма. Это неверно. Коллективизм —  это стремление к сопричастности, которое далеко не всегда сопутствует стремлению к равенству. Например, цивилизации Востока являются коллективистскими культурами, но стремление к равенству Востоку чуждо, даже на Западе это стремление выражено более отчетливо.

На Востоке, наоборот, дистанция власти от простого населения громадна, ни о каком равенстве даже речи идти не может. Восточный руководитель исторически всегда был деспотом, оторванным от простого народа настолько, насколько это вообще возможно. Причем, разрыв не только не воспринимался как нечто негативное, а наоборот — как неизменный атрибут власти, подчеркивающий ее значительность. В России, напротив, стремление к равенству, которое есть продолжение альтруизма — аспекта духовности, развито очень сильно.

Советский союз ругали за уравниловку. Да, но к социализму это не имеет никакого отношения. Вспомним, «от каждого — по способностям, каждому — по труду». Уравниловка —  характеристика русского менталитета, поэтому и социализм и капитализм мы подстраиваем под эту черту.

Военные мне рассказывали, что, согласно новому приказу Министерства обороны РФ, начальник части может поощрять хороших офицеров. В результате у одного зарплата 15 тыс., а у другого 40 тыс. Что же делали военные? Брали дополнительные поощрительные деньги и делили на всех. «Как мы можем служить вместе, если я буду делать то же, но получать в 3 раза больше?» — говорил мне один лейтенант. Я эту историю рассказал ста человекам. Ни один не осудил этого лейтенанта, все сказали: «Какие молодцы».


[1] Бердяев Н.А. Русская идея.  М., 2000. С. 11.

[2] Бенедиктов Н. Русские святыни.  М., 2003. С. 29.

[3] Бродель. Ф. Материальная цивилизация, экономика и капитализм. XV—XVIII вв. Т. 3. Время мира.  М., 1992. С. 468.

[4] Шмурло Е. Ф. История России.  М., 1999.  С. 67—68.

[5] Карамзин Н.М. История государства российского.  М., 2000. С. 211.

[6] Карамзин Н.М. История государства российского.  М., 2000. С. 351.

[7] Сергеева А. В. Русские: Стереотипы поведения, традиции, ментальность.  М., 2004. С.131


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Кто на сайте

Сейчас 76 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

the soviet union

The-Soviet-Union

ussr3.jpg

the-soviet-union

Связанные статьи

Элитарно-властный дисбаланс

Для понимания сути элитарно-властного дисбаланса нам надо познакомиться с понятиями «элита» и «господствующий класс»

Господствующий класс — это слой общества, реально управляющий обществом, вне всяких моральных или иных качественных характеристик. Существует единственное свидетельство принадлежности к господствующему классу — индекс  власти. Чем он выше, тем с большим основанием мы можем причислить его носителя к господствующему классу. Как данный индивид повысил свой индекс власти, в этом случае не важно. Сколотил состояние на торговле наркотиками, кого-то ограбил, являясь олигофреном, получил власть по наследству и т.п. — все это не имеет значения.

А вот «элита» — совсем иное понятие. Элита — это общественный слой, главной задачей которого является забота о безопасности, материальном и духовном совершенствовании всего общества.

В реальной жизни не всегда люди, в наибольшей степени соответствующие исполнению данных функций, эти функции исполняют. Но если случается, что в национальной сборной по футболу играют не самые лучшие от природы футболисты, то данное обстоятельство для общества не так плачевно, как если в господствующем классе находятся не представители элиты, а случайные люди.

Так вот, в любом достаточно большом обществе существует элитарно-властный дисбаланс. Элитарно-властный дисбаланс — показатель включенности элиты в господствующий класс (рис. 1). Часть элиты, которая входит в состав господствующего класса, можно назвать господствующей элитой. Часть элиты, которая не входит в господствующий класс и нередко находится в оппозиции к господствующей элите, можно назвать контрэлитой. Часть господствующего класса, не являющегося элитой, но в то же время находящегося у власти, можно назвать псевдоэлитой.

Основное различие между элитой и псевдоэлитой заключается в следующем. Псевдоэлита управляет обществом, исходя из собственных интересов, а элита — исходя из интересов общества. Можно сказать, что псевдоэлита живет по принципу «общество — для меня», а элита — по принципу «я — для общества».

Если господствующий класс не способен или не хочет разрешать проблемы, поставленные жизнью перед обществом, то в обществе может созреть новая элита, адекватная данному этапу развития общества. Так произошло в Западной Европе, так впоследствии произошло и в России.

Истоки ментального раскола русского общества уходят корнями к реформам Петра I. Несмотря на значимость и своевременность реформ Петра I в материальной сфере, им был сделан роковой шаг — разорвана вековая связь между различными слоями общества. Благодаря петровским реформам, во-первых, резко усилился гнет крепостного права, во-вторых, в сознание русского дворянства были внедрены чуждые западноевропейские ценностные ориентиры, стереотипы поведения, нравы.

Элитарно-властный дисбаланс в России достиг небывалого масштаба. Масштаба предреволюционного.

В конце концов, Россия докатилась до того, что российский премьер Петр Столыпин с горечью констатировал: для того, чтобы выслужиться в России, нужно менять русскую фамилию на иностранную. «На троне были немцы, около трона — немцы… везде немцы — до противности»,  — писал Герцен.

Эти противоречия еще более обнажила первая мировая война. Война с Германией, но царица — немка, плохо говорящая по-русски, председатель правительства — Штюрмер, один из первых генералов, вступивших в войну с Германией, — Ранненкампф. Сам император Николай II имел меньше 1 % русской крови.

Император Николай II имел меньше 1 % русской крови, а наследник престола царевич Алексей и того меньше — 0,4 %. Дело в том, что последний русский царь, женившийся на русской (и то первым браком), был Петр I, все остальные брали в жены немецких, датских и английских принцесс. Подробнее с генеалогическим древом Романовых можно ознакомиться на сайте www. rusmissia. ru/p/gen. htm.

 «Историки отмечали: в результате бесконечных династических браков в жилах русских царей Романовых к XX веку почти не осталось русской крови»[1].

Вот так. У власти стояли нерусские духовно, а часто и этнически. Это следовало бы хорошо уяснить националистам из стана поклонников русского самодержавия.

Во время моей встречи с лидером общества «Память» Васильевым, он мне много рассказывал о величии императора Николая II. Что с них взять с маргиналов — черносотенцев. Если вы думаете, что я говорю о современных, то ошибаетесь, — о царских.

Черносотенцы времен Николая II были маргиналами. Дружба с ними была признаком дурного тона, их даже монархия стеснялась, стараясь все контакты с ними вести негласно.  Февральская, а не Октябрьская революция привела к распаду организаций черносотенцев, а их лидеров отправила в тюрьму.

Хотя гонения были и при Николае II. Лидер Союза русского народа А.И. Дубровин множество раз арестовывался в 1911 и последующих годах. После Февральской революции Дубровин был арестован уже 28 февраля 1917 года, а освобожден лишь 14 октября 1917 года, и лишь в связи с состоянием здоровья. Дальнейшая его судьба довольно запутанна.

Другой лидер СРН, В.М. Пуришкевич, больше известный своими хулиганскими выходками, за что неоднократно был удаляем из Думы, также после Февральской революции 1917 года выступил против Временного правительства. Вёл работу по созданию подпольных вооруженных организаций монархического толка. После Октябрьской революции Пуришкевич был арестован, но практически сразу выпущен под честное слово о неучастии в борьбе против Советской власти. Слово он нарушил, уехал на юг, принимал участие в организации идеологической и пропагандистской поддержки белого движения. Умер в 1920 году.

И последний персонаж из стана защитников русской монархии, Н.Е. Марков, бежал в Германию, где прожил до 1945 года. Приветствовал нападение Гитлера на СССР.

Интересна характеристика Председателя Совета министров Российской Империи С.Ю.Витте лидера черносотенцев Дубровина. Он назвал его «негодяем» и «героем вонючего рынка… которых сторонятся и которым во всяком случае порядочные люди не дают руки».

От безысходности некоторые черносотенцы просто брали оружие и убивали: евреев-журналистов, евреев-депутатов, а потом и либералов, и революционеров. Но этих террористов  быстро находили и сажали.

Черносотенцам руки не подавали, а кто же был приближен ко двору? Одним из самых приближенных был Распутин — исторический персонаж, не нуждающийся в представлении и хорошо известный даже обывателю по порнофильмам, названию водки, презервативов и увеселительных заведений.

 Таким образом,  реальная, а не рафинированная царская Россия сгнила. И те, кто хотя бы как-то пытался вернуть её в русло традиции, несмотря на негласную финансовую помощь власти, не могли с этим ничего поделать. Они сами не пользовались сколько-нибудь значимой поддержкой в широких слоях российского общества, а слово «черносотенец» приравнивалось к ругательству.

Элитарно-властный дисбаланс всегда ведет к разворовыванию страны, разгулу коррупции и национальной измене. Это естественное следствие — ведь страна воспринимается правящим слоем не как Родина, а прежде всего — как объект эксплуатации.


[1] Радзинский Э. Николай II. М., 2005. С. 21.

Надо ли плевать в колодец?

В 2006 году российское общественное мнение было очень возмущено попыткой переноса памятника воину-освободителю в Эстонии. Особенно возмущались политики.

А чему мы удивляемся, почему протестуем? Если мы сами выливаем помои на собственную историю, то, естественно, туда будут плевать и все остальные. Если мы сами сносим памятники, то почему это не должны делать другие?

Открываем энциклопедию «История философии», изданную в России под редакцией Грицанова А., смотрим, например, определение понятия «гуманизм»:

«Кризис этой разновидности гуманизма, связанный с экономическими кризисами и античеловеческой общественной практикой большевизма и фашизма в ХХ в.».

Если для нас самих большевики «античеловеки», то, вполне естественно, что монумент в Эстонии должны снести, ведь на нем наличествуют «античеловеческие» большевистские символы — серп и молот.

Если накануне Дня победы, в то же самое время, когда все дружно осуждают Эстонию, правительственная фракция «Единая Россия» голосует за то, чтобы убрать серп и молот со Знамени победы[1], что мы можем сказать эстонцам? Мы только смешим весь мир раздвоением личности, характерном для представителей политической «элиты», которое в западных странах уже сравнивают с психическим недугом.

Эстонский историк Л. Вахтре в статье «Сказка о победе над фашизмом» пишет: «Для России было и остается существенным, чтобы сохранялся миф о том, что русский/советский народ освободил Европу от фашизма. Россия цепляется за этот миф, как утопающий за соломинку, так как это сейчас последнее, что удерживает ее в высшей международной лиге держав. Но миф остается мифом. Германия и Советский Союз не были врагами, они были соперниками. Они чувствовали злобу не друг к другу, а к европейской демократии. Германия и Советский Союз были тогда похожи на преступников, Запад же — на порядочного человека. Тирания еще никогда и никому не приносила свободы. Суть войны состояла в сведении счетов с главным противником. Бронзовый солдат напоминает не победу над фашизмом, но превосходство одного преступника над другим»[2].

Согласитесь, логично, каждый аргумент вытекает из другого. Все верно, кроме первоначального посыла, а его ложность делает ложным все дальнейшую цепочку рассуждений. Но мы сами придаем легитимность подобным историческим опусам постоянными, болезненно навязчивыми рассуждениями о тиране Сталине.

Причем делаем это на самом высоком уровне, в том числе, и в самой Эстонии. Так, например, посол России в Эстонии К. Провалов высказал сочувствие Эстонии за тысячи невинных людей, которым пришлось покинуть свои дома в результате сталинской депортации. Провалов обвинил во всем случившемся тоталитаризм, объединив лагеря смерти гитлеровского режима и массовые депортации режима Сталина. Затем добавил, что в России устанавливаются памятники жертвам сталинских репрессий, и возложил венок к скульптуре Линды в память жертв июньской депортации[3].

Если мы не будем уважать собственную историю и собственных предков, то их не будет уважать никто, а следующим шагом станет неуважение к нам самим. Если мы все время говорим о «тиране Сталине», то возникновение в бывших республиках музеев «советской оккупации» выглядит вполне логично.

Зачем мы льем воду на мельницу наших врагов? Вспомним, как все возмущались, когда в 2006 году ПАСЕ приняло декларацию, осуждающую коммунизм. Все возмутились, включая российских политиков — явных антикоммунистов. Но если мы и сами осуждаем свое прошлое, а телеэкран наводнен нескончаемыми антисоветскими сериалами, то действия ПАСЕ абсолютно верны. Когда же мы поймем, что антисоветская пропаганда — оружие, направленное против нас, против России?

Возрождение России не может начаться без духовного возрождения. А духовное возрождение может начаться только тогда, когда мы прекратим оплевывать свою собственную историю.

Вспомним Сталина. Человек неоднократно подвергался арестам и ссылкам, множество его товарищей было расстреляно, поэтому он ненавидел царский режим. Но преодолел это и понял, что дореволюционный период развития России, при всех его недостатках, есть история России, наша история. И тогда стали сниматься эпические киноленты, посвященные царям. Пора бы понять и нам, что и Невский, и Грозный, и Петр I, и Сталин — это все наше, наши руководители, наша история, наша великая Родина. Преодолев марксистские догмы, Сталин во многом способствовал возрождению русской нации. Видный деятель партии кадетов П. Милюков подчеркнул в 1939 году:

 «Сталин является гениальным политиком, поскольку он прочувствовал одну важнейшую вещь для любого политика: Сталин вернул Россию в русло традиционного общества»[4].

Никто из советских руководителей не был богом, а Советский Союз не был раем. Но разве на Западе правили боги? Вспомним хотя бы Французскую революцию.

Если кому-то так хочется критиковать политиков, надо меньше говорить о перемещенных во время второй мировой войны чеченцах и больше говорить о перемещенных в США во время этой же войны американцах японского происхождения. Меньше говорить о ботинке Хрущева, а больше — о хроническом алкоголизме «великого» английского премьер-министра Черчилля. Меньше говорить о сталинских репрессиях, и больше — о более чем миллионе убитых французов алжирского происхождения во время правления другого «великого» французского президента Шарля де Голля. Можно также порассуждать о так называемых «лагерях перегруппировок»[5] — по сути, концлагерях, куда было согнано около 2 млн. алжирцев. В общем, есть что обсудить.

Можно предложить режиссерам снять фильм о безвинных миллионах людей, сгинувших во французских концлагерях. Лучше даже сериал.

Можно снять захватывающий блокбастер о зверствах французских военных, испытывавших воздействие ядерного оружия на солдат, причем не случайно, а целенаправленно.

 «Французская армия проводила опыты по изучению воздействия ядерного оружия на людей, намеренно подвергая облучению своих солдат в Алжире в первой половине 1960-х годов. Об этом свидетельствует секретный правительственный доклад…

В нем рассматриваются последствия для людей воздушного ядерного взрыва, осуществленного в пустыне 25 апреля 1961 года. Проведенный в рамках испытаний эксперимент имел целью «изучить физиологическое и психологическое воздействие на человека ядерного оружия с тем, чтобы получить данные, необходимые для проведения физической и моральной подготовки современных бойцов».

В испытании 1961 года участвовали порядка 300 солдат. Им было приказано войти в зону, где только что был проведен ядерный взрыв. Они должны были установить, можно ли в подобной зоне вести бой.

Некоторые ветераны, служившие в Алжире и Французской Полинезии, где проводились испытания, заявили, что им было приказано просто лечь на землю и закрыть глаза во время непосредственных взрывов. При этом из одежды на них были только футболки и шорты.

«Мне приказали пойти и снять показания дозиметра рядом с точкой взрыва», — приводит издание слова бывшего военного Вильяма Коба. Через полгода у молодого человека тело покрылось какими-то бляшками. «Врач мне сказал: «Если хочешь, чтобы у тебя было будущее на гражданке, молчи».

В 2009 году правительство пообещало денежную компенсацию жертвам ядерных экспериментов, которые проводились в Сахаре с 1960 по 1966 год. Таким образом, власти формально признали наличие связи между испытаниями и развившимися у военнослужащих необратимыми болезнями, такими, как рак»[6].

Можно попросить ПАСЕ принять резолюцию, осуждающую страны Запада и их руководителей, истребивших в середине ХХ столетия миллионы людей в ходе карательных войн в Африке, Азии, Латинской Америке, Индии.

Конечно, это лишь иллюстративные примеры. Никто на Западе очернять свою историю не станет, разве что в качестве редчайшего исключения, для создания видимости. И Наполеон для французов будет всегда великим, несмотря на то, что, в конечном счете, проиграл войну и поставил Францию в унизительное положение, истребив при этом в своих бесконечных военных походах треть взрослого мужского населения.

США имеет тюрьму Гуантанамо, где без суда и следствия пытаю людей. В том числе там содержатся один россиянин. МИД РФ скромно напомнил об этом США. И что? США покаялись? Вспомнили о правах человека?

Телеканал Fox News ответил на доклад МИДа России о нарушениях прав человека в США. России напомнили о сталинских репрессиях. «Изучающие историю могут вспомнить, что бывшего (советского) лидера Иосифа Сталина обвиняют в гибели до 60 млн человек», — сказано в редакционном комментарии программы Spesial Report. При этом журналисты Fox News высказали мнение о том, что критика со стороны Москвы выглядит странно, если воспринимать Россию в широком историческом контексте[7].

Какие выводы? Во-первых, понятно по какую сторону баррикад стоят те, которые говорят о сталинских репрессиях. Понятно за кого и с кем они воюют.

Во-вторых, цифра 60 млн человек это даже не репрессированных, а именно погибших. Репрессированных в этом случаи, видимо больше, чем все взрослое население СССР. К историческим фактам это имеет такое же отношение, как и посещение Земли внеземными цивилизациями. Это имеет отношение к идеологической войне против Вас, ваших детей и ваших предков.

Поэтому надо не рассуждать о сталинских репрессиях. А создать международную комиссию по исследованию уничтожения 100 млн индейцев американскими поселенцами. Так сказать в широком историческом контексте.

У нас есть чем гордиться, и период оплевывания собственной истории должен быть закончен. Уважают только тех, кто уважает себя. Мы должны уважать свою историю при всех ее недостатках, как делают это прочие народы, и только тогда будут уважать нас. Если же мы будем выливать помои на собственное прошлое, то и другие народы будут воспринимать нас, как помойную яму.


[1] Потомки победителей потеряли Знамя Победы. Форум МСК. 04.07.2007.

[2] Эстонский историк: Победа СССР над фашизмом — это "сказка". Эстония за неделю. ИА REGNUM-ВолгаИнформ.

[3] Эстонский историк: Победа СССР над фашизмом — это "сказка": Эстония за неделю. ИА REGNUM-ВолгаИнформ.

[4] Огнёв А. Покушение на Победу. // Советская Россия. № 135 (12606). 21.10.2004.

[5] Борьба алжирцев против французских колонизаторов.  http://www.chekist.ru/

[6] Франция проверяла на людях воздействие ядерного взрыва. РИА Новый Регион. 16.02.2010.

[7] США припомнили России сталинские репрессии. // Труд. 30.12.2011.

Модель общества, адекватная менталитету «Успех»

В полном соответствии со своими ментальными качествами Запад построил и модель общества.

  • Врожденное стремление к наживе со всей очевидностью указывало обществу функционировать таким образом, чтобы капитал обладал всей полнотой власти. Это ментально близко западному человеку. Материальная обеспеченность и комфорт должны стать и стали главными стимуляторами трудовой деятельности.

Доминирующее стремление западного человека к материальной обеспеченности породило общественно-политическую систему, в которой безраздельно господствует капитал.

«Современное западное общество есть общество денежного тоталитаризма. Деньги тут стали универсальным и всеобъемлю­щим средством измерения, учета и расчета деятельности людей, учреждений и предприятий, средством управления экономикой и другими сферами общественной жизни, средством управления людьми»[1].

  • Стремление к самореализации указывает, что частная инициатива, прежде всего, индивидуальных предпринимателей, должна стать основной пружиной механизма развития, тогда как конкуренция между фирмами — механизм развития экономики.

[1] Зиновьев А. Русский эксперимент.  М., 1995. С. 72.