Sidebar

Успех здесь — главное. Успешный гангстер почитается так же, как и успешный поэт. Здесь мы несколько «хватанули», гангстер, конечно, гораздо более интересная и уважаемая личность, чем поэт. Разве можно удивляться тому, что в США в 2008 году в бывшем здании суда напротив мэрии Лас-Вегаса открывается первый в мире музей мафии, а 7,5 миллиона на этот проект выделено из муниципального бюджета. Ведь мэр Лас-Вегаса, который ранее прославился тем, что был адвокатом известных американских мафиози, не стесняясь, заявил: «Город основан ими (мафией — прим. авт.), и я никогда этого не стыдился, потому что представлял их интересы, и они сделали меня богатым человеком»[1]. Симптоматично то, что в сформированный наблюдательный совет вошли представители СМИ и… бывший руководитель отделения ФБР в Лас-Вегасе.

Рост преступности — наглядная демонстрация слов Б. Франклина: «Человека, утверждающего, что деньги могут все, можно подозревать в том, что он может пойти на все ради денег». Более резко аналогичную мысль высказал Эди-Пьер Бошен: «Те, кто считает, что деньги — это все, без сомнения, готовы на все ради денег». Высокий уровень преступности, наркомания, проституция и другие пороки существовали и раньше, но были исключением из правил, теперь порок — норма. За последние 30—40 лет численность преступлений увеличилась в США в 7—8 раз, во Франции — в 5—6 раз, в Германии — в 3—4 раза, то есть рост идет не на несколько процентов, а в разы[2]. И не случайно за время строительства капитализма в России число наркоманов выросло в 12 раз[3].

Закономерно, что при капитализме сразу расцветает шансон, уголовный жаргон, идет героизация преступников в фильмах, книгах. Даже в телерекламе значительное место отдается воровству, обману: познакомился и украл у своего знакомого чипсы («Лейс»), летчик покидает самолет, угощая обреченного на смерть пассажира предметом для жевания (ириски «Меллер»), ограбил банк и заодно с деньгами украл сотовый телефон (LG), купил хлопья и никому не даешь, за бутылку пива отнимаешь украшения у своей женщины («Сибирская корона») и т.д. и т.п. Все, конечно, подается в шуточной форме, но от этого не меняется суть. Мы даже не замечаем, как в наше сознание приникает мораль обмана и воровства. Давно известно: в рекламных роликах рекламируется не сам товар, а сопутствующий ему имидж. Джинн, позволивший убить Синдбада с товарищами ради глотка оранжевой жижи («Миринда»), космические спасатели, пренебрегающие своим долгом ради нее же. Вы пьете эту разрекламированную жидкость? Нет, вы наслаждаетесь вкусом измены, которая повлекла за собой человеческие жертвы.

С приходом капитализма экраны сразу заполняют кинофильмы, которые воспевают воровство. Не в переносном, а в прямом смысле. Постоянно культивируется тема удачного ограбления банка, и зритель, даже не понимая, на уровне подсознания начинает отождествлять себя с вором, переживая за героя очередной киноленты. Этот процесс в психологии называется персонализацией. Персонализация — изменение в системе личностных смыслов и поведенческой активности в связи с отождествлением в сознании человека себя с образом другого субъекта.


[1] Мэр Лас-Вегаса не стыдится своих связей с мафией.  Новые Известия. 06.09.2006.

[2] Основы социологии и политологии/ Под ред. Бороноева А.О. М., 2001. С. 138.

[3] Доклад Государственного научного центра социальной и судебной психиатрии имени Сербского. 07.06.2001.


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Кто на сайте

Сейчас 18 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

the soviet union

The-Soviet-Union

ussr3.jpg

the-soviet-union

Связанные статьи

Советский социализм

Почему Россия выбрала социализм? До революции в России национальная идеология выражалась в триединой формуле «Самодержавие — Православие — Народность». Социализм давал такую же национальную идеологию в несколько измененном виде, отвечающем духу времени.

Советский социализм

Самодержавие. В социалистическом государстве самодержавие заменялось однопартийной системой, в то время как на Западе идеалом была многопартийная система. Основной чертой самодержавия являлась единоличная неограниченная власть царя. То же самое было и в советском государстве, единственное отличие заключалось в том, что царя в России называли «Царь-батюшка», Петр I в 1721 г. получил титул «Отца Отечества», а в советском государстве главу называли «Отец всех народов». Очевидно, что данные русские ценности политического устройства прямо противоположны западному либерализму с постоянной борьбой партий, выборами, разделением властей, балансом сил и т.д. В России народ сражался на поле брани «За веру, царя и отечество», в Советском Союзе — «За Родину, за Сталина». Слово «вера» отсутствует во втором выражении, но часто оно подразумевалось, как само собой разумеющееся. Этой верой был коммунизм. Многие бойцы Красной армии перед решающим сражением писали: «Если я погибну в бою, прошу считать меня коммунистом». На Западе ничего подобного, естественно, не было, а выражения: «за Родину, за Клинтона» или «если я погибну в бою, прошу считать меня демократом», — выглядят просто комично.

Православие — это приоритет духовного над материальным. В Советском Союзе высмеивались мещанство, вещизм, страсть к приобретательству.

«В отношении к хозяйственной жизни можно установить два противоположных принципа. Один принцип гласит: в хозяйственной жизни преследуй свой личный интерес, и это будет способствовать хозяйственному развитию це­лого, это будет выгодно для общества, нации, государ­ства. Такова буржуазная идеология хозяйства. Другой принцип гласит: в хозяйственной жизни служи другим, об­ществу, целому, и тогда получишь все, что тебе нужно для жизни. Второй принцип утверждает коммунизм, и в этом его правота. Совершенно ясно, что второй принцип отно­шения к хозяйственной жизни более соответствует хри­стианству, чем первый. Первый принцип столь же антих­ристианский, как антихристианским является римское по­нятие о собственности»[1].

Православие — это религия беззащитных, нищих. Недаром на Руси юродивые считались святыми. Так что в утверждении некоторых религиозных мыслителей, что Христос был первым социалистом, есть доля истины, и большая доля. Православие — это вера в то, что мы поклоняемся истинным ценностям. Католический, а тем более протестантский Запад считался отпавшим от истинного христианства, отсюда и название «православие». Россия считалась носителем истинных ценностей: «Москва — третий Рим», русский народ — богоносец. Вплоть до начала XX века русские верили, что их православная вера — единственно верная.

Коммунизм в том смысле, в котором его понимали простые люди, это также вера бедных и беззащитных. И это единственно верная вера. На Руси веками громили сектантов, в Советском Союзе — диссидентов. На Западе все наоборот: во-первых, господство плюрализма, где каждый выбирает себе веру по вкусу, во-вторых, вера не имеет такого значения в жизни западных людей.

«Русский народ не осуществил своей мессианской идеи о Москве как Третьем Риме. Религиозный раскол XVII века обнаружил, что московское царство не есть Третий Рим. Менее всего, конечно, петербургская империя была осуществлением идеи Третьего Рима. В ней произошло окончательное раздвоение. Мессианская идея русского на­рода приняла или апокалиптическую форму или форму революционную. И вот произошло изумительное в судьбе русского народа событие. Вместо Третьего Рима в Рос­сии удалось осуществить Третий Интернационал, и на Третий Интернационал перешли многие черты Третьего Рима. Третий Интернационал есть тоже священное цар­ство, и оно тоже основано на ортодоксальной вере. На Западе очень плохо понимают, что Третий Интернационал есть не Интернационал, а русская национальная идея. Это есть трансформация русского мессианизма. Западные коммунисты, примыкающие к Третьему Интернационалу, играют унизительную роль. Они не понимают, что, присоединяясь к Третьему Интернационалу, они присоединяются к русскому народу и осуществляют его мессиан­ское призвание. Я слыхал, как на французском коммуни­стическом собрании один французский коммунист гово­рил: «Маркс сказал, что у рабочих нет отечества, это было верно, но сейчас уже не верно, они имеют отечество — это Россия, это Москва, и рабочие должны защищать свое оте­чество»[2].

Интересно, что и многие известные деятели марксизма (например, В. Вейтлинг, А. Виллих, К. Шаппер) считали коммунизм «последней великой религией».

Народность в официальном советском лексиконе заменялась терминами «коллективизм», «взаимопомощь» и т.д., а часто не заменялась вовсе: «народное хозяйство», «народный артист» и т.д. Народность, коллективизм — прямые противоположности западного индивидуализма.

Итак, русский народ выбрал социализм как строй, наиболее полно воплощающий русское мировоззрение. Социалистическая революция сметала все чуждое, наносное, нерусское, все то, что нам досталось от реформ Петра I, в этой связи то, что Москва — исконно русская столица вновь обрела свой статус, было символично.

«Марксизм столь нерусского происхождения и нерусского характера приобретает русский стиль, стиль восточный, приближающийся к славянофильству. Даже старая славянофильская мечта о перенесении столицы из Петербурга в Москву, в Кремль, осуществлена красным коммунизмом»[3].

Монархисты, оказавшиеся за границей, ненавидевшие большевиков, все равно были вынуждены признать:

«Большевизм привился не потому, что в нем открыта была новая, марксистская правда, но главным образом вследствие старой правды, в большевизме ощущаемой»[4].

Образно говоря, советский социализм — это монархия, адаптированная к современным условиям. Все, что могли, в СССР от монархии взяли, что не взяли — взять было просто невозможно.

А либеральные реформаторы, которые изрекали: «Признаем же нашу некультурность и пойдем на выучку к капитализму» (П. Струве), учились капитализму в одиночестве и уже не в этой стране.


[1] Бердяев Н. Истоки и смысл русского коммунизма. М., 1997. С. 409.

[2] Бердяев Н. Истоки и смысл русского коммунизма. М., 1997. С. 371.

[3] Подберезкин А., Макаров В. Стратегия для будущего президента России: Русский путь. М., 2000. С. 21.

[4] Алексеев Н. Русский народ и государство. М., 1998. С.115.

Идеологическое учение, соответствующее менталитету «Самоактуализация»

Из современных относительно широко распространенных учений наиболее близок менталитету «Самоактуализация» фашизм. Сегодня обвинение в фашизме — одно из самых уничижительных и, в то же время, размытых. Однако фашизм имеет четкие идеологические очертания. Например, антисемитизм, расизм, жестокое отношение к другим народам не являются обязательными атрибутами фашисткой идеологии. Это германский (западный), в особенности, немецкий подход по отношению к незападным народам. Но концлагеря ничем не страшнее, чем ядерная бомбардировка мирных японских городов или выжигание напалмом вьетнамских деревень. Миф о немецком фашизме был придуман сталинским руководством по вполне  понятным причинам, дабы не объяснять советским гражданам, почему они воюют с социалистами, пусть и национальными. Как такового, фашизма в Германии не существовало, в Германии официальной идеологией был национал-социализм. Можно говорить лишь о германской форме фашизма, имевшего как общие черты с классическим фашизмом, так и черты, существенно отличающиеся от него.

Фашизм возник в Италии в начале XX века, а затем распространился среди народов романской расы: Испании (Франко), Португалии (Салазар) и ряда других стран. Наибольшая устойчивость фашистских режимов наблюдалась в Испании и Португалии, где фашизм сохранился вплоть до 70-х годов 20-го столетия. Никаких концлагерей и антисемитизма в этих странах не было, а отличительными аксиотипическими чертами фашизма являются, во-первых, проповедь героизма, вождизма, элитаризма, мужества одиночек, которые противопоставляются толпе[1]. Кстати, именно эти постулаты привлекают в фашизме некоторых подростков, пусть и неосознанно. В переходном возрасте хочется быть героем.

С другой стороны, чертами фашизма также являются консерватизм, традиционализм, национализм, религиозность (например, лидеры фашистского режима Испании — Франко и Португалии — Салазар окончили религиозные колледжи).

Фашизм идеологически всегда был очень близок религиозным движениям, можно сказать, что фашизм — это инквизиция 20-го столетия. Несмотря на то, что альтруистические истины проповедуются мировыми религиями, религиозные доктрины в большей степени основываются на индивидуализме. Но, как мы помним, альтруизм может сочетаться с индивидуализмом.

Религия проповедует честность в отношениях с другими членами общества, и даже жертвенность ради других. Но религия не проповедует коллективизм. Надеяться надо, прежде всего, на Бога, он — вершитель судеб. Коллективист стремится получить одобрение своих действий со стороны коллектива, а для верующего человека главное — оценка его действий Богом. Для коллективизма характерно стремление выполнить долг перед обществом, для религиозного человека — выполнить долг перед Богом. Неслучайно верующие люди часто покидают общество, становятся монахами, отшельниками. До конца последовательные индивидуализм и духовность в религиозном контексте приводят к буддизму.

В Древней Греции наиболее ярко античный фашизм воплотился в Спарте. Наиболее неприемлем для фашизма — коммунизм, проповедующий материалистический коллективизм. Фашист всеми фибрами души отрицает тезис «народ — творец истории», творцом истории, с точки зрения фашиста, может быть только вождь.

*     *     *

Однако необходимо подчеркнуть, что ни идеологии самоактуализации, ни народа, который был бы ментальным носителем этой идеологии, сегодня не существует. Возможно, такой народ появится в будущем, как и соответствующее учение. В наибольшей степени близка менталитету «самоактуализации» менталитет «солидарность». Важно также и то, что менталитет «солидарность» антагонизм менталитета «успех» и в этом качестве выступает как действенное оружие преодоления тоталитарного капитализма.

Можно сказать что этап «Солидарность» есть первая фаза развития этапа «Самоактуализация», на которой создаются все необходимые: метальные, политические, экономические предпосылки для перехода к рассвету  к «Самоактуализации». Возможно тогда иной народ станет локомотивом исторического прогресса.


[1] В политической системе фашизм — кланократия, центром которой является вождь. В связи с этим в рамках фашисткой системы обнаружилась абсолютная неспособность к передаче власти другому лицу. В результате ни в одной стране фашистские режимы не просуществовали дольше своих вождей. В экономике фашизм — это широкое использование государственно-монополистических методов регулирования экономики при сохранении частной собственности.

Сводные данные

Проповедуемое национальной элитой качество — успех. Очень важно, что вопрос о том, как человек достигает успеха, всегда вторичен.

Максима мировоззрения — «каждый должен самостоятельно добиваться материального успеха, вне моральных оценок, и оставлять себе все нажитое»

Идеальными качествами национального менталитета, благодаря которым развивается данная  модель общества — эгоизм и стремление к самореализации.

Наиболее яркие носители данного типа менталитета — американцы. Реальные качества национального менталитета, способствующие развитию данной модели общества, — эгоизм, алчность, стремление к самореализации.

 Модель общества — капитализм. Идеология — либерализм.

Образно говоря, вид спортивных состязаний — бокс.