Sidebar




Подведем итог краткому теоретическому экскурсу. Итак, существует один осевой тип ценностных ориентаций, являющийся системообразующим для мировоззрения человека — духовность (духовность — материальность), и одна осевая форма ценностных ориентаций — коллективизм (коллективизм — индивидуализм) (рис. 6).

Types mentality

Изначальными ценностными иерархиями являются две: герой и торговец. В основе ценностной иерархии героя лежит духовность, в основе ценностной иерархии  торговца — материальность. Еще немецкий экономист Вернер Зомбарт разделил всех людей на два типа —  «герои и торговцы» («Helden und Haendler»). Герои вырастают из Земли, Геры, матери богов, жены Зевса, как вырос Геракл.

В чистом виде данные типы менталитета — явление гипотетическое. Тут уместно вспомнить мнение швейцарского психолога, основателя аналитической психологии Густава Юнга, который отмечал, что описанные им типы характеров в чистом виде не встречаются в повседневной жизни: «Чистые» типы мировоззрения практически не встречаются, во всяком случае, они редки, и в реальной жизни образуют сложные и противоречивые сочетания».

Типов менталитета значительно больше, но все они есть смешение в различной степени четырех базовых, точно так же, как четыре базовых типа темперамента порождают бесчисленное множество конкретных темпераментов, или три базовых цвета — буйство красок окружающего нас мира.

Мы решили не отказываться от условных названий 4 базовых ценностных иерархий, которые мы использовали в предыдущих работах: «ростовщик», «гусар», «философ», «миссионер».

Один американский писатель, анализируя суть морали в середине прошлого века, справедливо заметил:

«Представьте себе страну, где восхищаются людьми, которые убегают с поля битвы, или где человек гордится тем, что обманул всех, кто проявил к нему неподдельную доброту. Вы с таким же успехом можете представить себе страну, где дважды два будет пять»[1].

Поэтому, конечно, мораль у всех народов в своей основе едина и верна, в ее основе лежат вечные ценности. Однако в менталитете эти ценности получают свое этноспецифическое звучание. В своей работе «Миссия России» я уже разбирал политические учения в ценностном аспекте. Поступило довольно большое количество откликов. При их анализе обнаружилась проблема прочтения некоторых понятий, в частности, понятия «справедливость». Поэтому в данной работе поясним некоторые детали.


[1]  Стейплз Л.  Любовь. Страдание. Надежда: Притчи. Трактаты. М., 1992. С. 4.

Поделитесь данной статьей, повысьте свой научный статус в социальных сетях

      Tweet   
  
  

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Кто на сайте

Сейчас 17 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

the soviet union

The-Soviet-Union

ussr3.jpg

the-soviet-union

Связанные статьи

Евреи революции

В СССР не было принято обсуждать национальность большевиков. В постсоветское же время на читателя хлынул вал литературы, рассказывающий о том, что все большевики были евреи, а также о масонском заговоре и всякой другой чепухе. Часто обливают помоями большевиков те же историки, которые до этого рассуждали о славных традициях Октября. Мы не пытаемся никого обелить, но очернять тоже не будем. Разберемся максимально непредвзято.

О еврейском заговоре

Евреи революции. У истоков марксизма в России стояли три наиболее крупные фигуры: Плеханов, Ленин, Мартов. Плеханов был русским. Мартов был евреем, его настоящая фамилия Цедербаум.

Был ли евреем Ленин? Сразу обращу внимание на то, что НИКАКИХ документов, свидетельствующих о том, что Ленин еврей, нет. Нет вообще. Никаких свидетельств о рождении, никаких данных церковно-приходских книг. Ничего  подобного, только воспоминания современников, вытекающие из других воспоминаний. Попробуем разобраться.

 Во-первых, Ленин не был чистокровным евреем. Во-вторых, Ленина нельзя признать евреем и по еврейскому закону, так как еврейство передается по материнской линии. Но его бабушка, а соответственно, и мать не являлись еврейками. По некоторым данным, Ленин был евреем на 25 %, а его дедушка со стороны матери носил имя Александр Дмитриевич Бланк. Итак, максимально,  что можно выжать из еврейской темы — это 25%. Но и здесь не все так просто.

Даже исследователи, пишущие о еврейских корнях Ленина, вынуждены признать, что А. Д.  Бланк конфликтовал с еврейской общиной и, обращаясь к императору, заявлял о своем несогласии с религиозным фанатизмом еврейского общества. Кагально-раввинская организация объявила его «преступником еврейского закона, погрязшим в блудодействии». В абсолютном большинстве, рассуждая о еврейских корнях Ленина, ссылаются на книгу М.Г. Штейна, который приходит к выводу, что «по ненависти к своему народу А.Д. Бланка можно сравнить, пожалуй, только с другим крещеным евреем — одним из основателей и руководителей московского «Союза русского народа» В.А. Грингмутом. Окончательный разрыв произошел после того, как Бланк крестился[1].

Есть и другие данные, по которым биографии двух Бланков спутывают сознательно. Дед Ленина, Александр Дмитриевич Бланк, происходил из православного купеческого рода. Начавши службу в 1824 году, он в 40-е дослужился до чина надворного советника со старшинством (подполковник), который давал ему право на потомственное дворянство. Другой Александр Бланк, никакого отношения к Ленину не имевший, действительно существовал, был на 3—4 года старше Александра Дмитриевича и во многом повторил его служебную карьеру. Он тоже учился медицине, но служил в госпиталях и благотворительных организациях, а не на государственной службе, то есть не мог получить чина, дающего право на дворянство.

Был ли Ленин этнически на 25 % евреем или нет, неизвестно, но самое главное, что в семье Ульяновых никогда не считали себя потомками евреев, эта тема даже не обсуждалась. По свидетельствам историков, появившиеся идеи о еврейских корнях семьи Ульяновых вызвали чувство глубокого удивления у сестры Ленина.  Но, главное, Ленин был ментально русским человеком, это признавали и те, кто его ненавидел. Как писал Н. Бердяев,

«Ленин был типически русский человек… В ха­рактере Ленина были типически русские черты и не специ­ально интеллигенции, а русского народа: простота, цель­ность, грубоватость, нелюбовь к прикрасам и к риторике, практичность мысли, склонность к нигилистическому ци­низму на моральной основе»[2].

В СССР — царстве интернационализма — фигуру Ленина не анализировали в контексте русской истории, а ставить его на одну доску с царями, пусть и великими, было кощунственно. Ленин позиционировался как вождь пролетариата, причем обязательно мирового. Но видные мыслители эмиграции, лишенные идеологических рамок, откровенно признавали:

«Пройдут годы, сменится нынешнее поколение, и затих­нут горькие обиды, страшные личные удары, которые наносил этот фатальный, в ореоле крови над Россией взошедший человек, миллионам страдающих и чувствующих русских людей. И умрет личная злоба, и «наступит история». И тогда уже все навсегда и окончательно поймут, что Ленин — наш, что Ленин — подлинный сын России, ее национальный ге­рой — рядом с Дмитрием Донским, Петром Великим, Пуш­киным и Толстым»[3].

Итак, неизвестно, был ли Ленин, пусть и на 25 %, этническим евреем, зато хорошо известно, что стреляла в Ленина еврейка Фанни Каплан (Ройтблат Фейга Хаимовна[4]). Многие обвиняют Ленина в анитипариотизме в отсутствии любви к России и русским. С этим вопросом не так все просто, Ленин не воспевает всех русских огульно, короче предоставим слово самому Ленину:

«Чуждо ли нам, великорусским сознательным пролетариям, чувство национальной гордости? Конечно, нет! Мы любим свой язык и свою родину, мы больше всего работаем над тем, чтобы ее трудящиеся массы (т. е. 9/10 ее населения) поднять до сознательной жизни демократов и социалистов. Нам больнее всего видеть и чувствовать, каким насилиям, гнету и издевательствам подвергают нашу прекрасную родину царские палачи, дворяне и капиталисты. Мы гордимся тем, что эти насилия вызывали отпор из нашей среды, из среды великорусов, что эта среда выдвинула Радищева, декабристов, революционеров-разночинцев 70-х годов, что великорусский рабочий класс создал в 1905 году могучую революционную партию масс, что великорусский мужик начал в то же время становиться демократом, начал свергать попа и помещика».

Теперь о партии большевиков. В РСДРП было много евреев, однако соединяла их далеко не этническая принадлежность[5]. Как известно, именно с еврейской фракцией в РСДРП —  «Бундом», большевики разошлись, обвиняя ее потом во всех смертных грехах. Как впрочем, разошлись они и с евреем Мартовым. Единая партия РСДРП раскололась на большевиков и меньшевиков первый раз в 1905 году. Меньшевиков возглавил Мартов, большевиков — Ленин. В ЦК большевиков вошли: Богданов А.А., Красин Л.Б., Ленин В.И., Постоловский Д.С., Рыков А.И. Пять человек, все русские. Все евреи РСДРП пошли за Мартовым (Цедербаумом). Несколько странно для еврейского заговора, когда «еврей» Ленин выгоняет из партии всех евреев и набирает одних русских.

Партия росла, крепла, приходили новые люди, кто-то уходил. Решающий съезд происходит 16 августа 1917 года. Это последний съезд перед революцией — VI съезд РСДРП(б). В ЦК большевиков вошли: Артем Ф.А., Берзин Я.А., Бубнов А.С., Бухарин Н.И., Дзержинский Ф.Э., Зиновьев (Радомысльский) Г.Е., Каменев (Розенфельд) Л.Б., Коллонтай А.М., Крестинский Н.Н., Ленин В.И., Милютин В.П., Муранов М.К., Ногин В.П., Рыков А.И., Свердлов Я.М., Смилга И.Т., Сокольников (Бриллиант) Г.Я., Сталин И.В., Троцкий (Бронштейн) Л.Д., Урицкий М.С., Шаумян С.Г. Всего 21 человек, русских 10, евреев 6, остальные грузины, поляки и др. национальности. Евреев революции меньше трети.

Какие выводы можно сделать? Во-первых, большинство русских. Во-вторых, очень значима доля евреев. В-третьих, евреи не только входили в ЦК, но играли более значимую роль, чем русские. В Бюро ЦК РСДРП(б), которому «предоставляется право решать все экстренные дела, но с обязательным привлечением к решению всех членов ЦК, находящихся в тот момент в Смольном», входили Ленин, Сталин, Троцкий, Свердлов.

Итак, миф о еврейской революции не подтверждается. Но открытым остается вопрос, почему действительно так много евреев в руководящих органах большевиков? Дело в том, что евреи веками жили во враждебном окружении и не имели собственного государства. У них отсутствовал государственный инстинкт, зато присутствовало качество бунтаря, не боящегося конфликта с социальным окружением. Значимое участие евреев в революции — не специфически русское явление. У евреев также были свои счеты с самодержавием за черту оседлости, за другие ограничения, за еврейские погромы.

В дальнейшем РСДРП полностью преобразовалась в русскую партию. В 1927 г. Троцкий исключён из партии, выслан в Алма-Ату, в 1929 г. — за границу. За объединение с Троцким в 1927 г. исключили из партии и отправили в ссылку Зиновьева. В 1926 г. исключён из Политбюро, в 1927 г. выведен из ЦК, затем исключён из партии Каменев[6].

В результате на XV съезде ВКП (б) (19 декабря 1927 г.) в состав Политбюро ЦК вошли: Бухарин Н. И., Ворошилов К. Е., Калинин М. И., Куйбышев В. В., Молотов В. М., Рудзутак Я. Э., Рыков А. И., Сталин И. В., Томский М. П. Девять человек, ни одного еврея.


[1] Колоскова  Т. Новые тайны родословной В.И. Ленина. Кто есть кто. № 2, 1999.

[2] Бердяев Н. А. Истоки и смысл русского коммунизма. М., 1997. С. 95.

[3] Устрялов Н. В. Национал большевизм. М., 2003. С. 373 (выделено Устряловым).

[4] Родилась в Волынской губернии на Украине. Ее отец был меламедом — учителем еврейской религиозной начальной школы.

[5] Уникальный документ. Персональный состав высших партийных органов с 1898 по 1991 гг. www. rusmissia. ru/p/ck. htm

[6] Зиновьева и Каменева неоднократно восстанавливали в партии, потом опять исключали, но, несмотря на все эти перипетии, былого влияния в партии после первого исключения они не имели

Советский дефицит

Был ли дефицит? Был. Это хорошо? Плохо. Это был недостаток советской системы? Да, очень серьезный недостаток. Его надо было исправлять? Да, реформы были необходимы. Но какие? Для того чтобы ответить на этот вопрос, необходимо понять сущность существовавших проблем.

Сначала немного теории. «Даже из попугая можно сделать образованного политэконома — все, что он должен заучить, это лишь два слова: «Спрос» и «Предложение», — так звучит известная поговорка, приводимая американским экономистом П. Самуэльсоном[1]. Действительно, понятия «рынок», «спрос» и «предложение» хоть и поверхностно, но во многом раскрывают механизм функционирования капиталистической системы.

Рынок — институт или механизм, который сводит вместе покупателей (предъявителей спроса) и продавцов (поставщиков) конкретного товара.

Спрос — количество товаров, которое может быть реализовано на рынке при существующем уровне цен.

Предложение — количество товаров, которое может быть куплено на рынке при существующем уровне цен.

Кривая спроса (рис. 3) иллюстрирует очевидный факт: чем ниже цена, тем больше желающих купить данное благо и наоборот. Кривая предложения показывает обратное: чем выше цена, тем больше желающих предоставить на рынок данное благо по этой высокой цене.

 

 

Цена равновесия есть точка пересечения графика спроса и предложения. Равновесная цена — цена, которая устраивает и продавца и покупателя. Если продавец установит на товар цену выше равновесной (А), то по такой цене часть покупателей откажется покупать товар. На рынке окажется избыток товара. Если продавец установит на товар цену ниже равновесной цены, то на рынке образуется дефицит товара.

В западных учебниках по экономике пишется, что рынок стремится к цене равновесия. Это не совсем верно. Продавцы всегда устанавливают цену выше цены равновесия. В идеальном случае эта цена превышает цену равновесия незначительно. Только такая цена позволяет продавцу присутствовать на рынке и заниматься своим делом — торговать. Установив равновесную цену, он лишится работы, т. к. продаст весь товар. Рынок подразумевает продавца и продаваемый товар, значит, цена должна быть выше равновесной. Вот почему на рынке всегда есть избыток товара, а основное ценовое правило функционирующего рынка гласит: цена блага всегда должна быть выше равновесной.

На рынке всегда все есть, причем независимо от реальной ситуации в экономике страны. Например, изобилие существует на рынках африканских стран, в которых тысячи людей умирают с голоду. Во времена реформ Гайдара производство сократилось в несколько раз, но прилавки были полны продуктами.

Теперь от теории к советской практике. Почему сегодня в магазинах изобилие продуктов, а в Советском Союзе, особенно в последние годы его существования, был дефицит? Раньше мало производили? Нет, нынешний уровень производства сельхозпродукции ниже прежнего. В 2006 г. министр сельского хозяйства России Гордеев заявил, что только через 3—4 года мы достигнем уровня 1990 г.

Многим памятны итоги реформаторской деятельности Горбачева. Прилавки оказались пустыми, стали вводиться талоны, а по сути — карточки на основные виды продуктов. Что же произошло? Катастрофический неурожай? Диверсанты взорвали хлебозаводы? Война? Эпидемия?

Ничего подобного не было. Но что же тогда произошло? Как же решается этот парадокс — производили больше, а ничего не было, производим меньше, и есть все?

Когда говорят, что большим достижением реформ 90-х стало наполнение рынка продуктами питания, то несколько преувеличивают заслуги реформаторов. В действительности, в результате реформ была ликвидирована государственная торговая сеть и заменена частной. А в частной торговой сети все есть всегда, вследствие действия основного ценового правила функционирующего рынка — цена всегда выше равновесной. Ведь в советское время рынки тоже были полны продуктов, естественно, цены на них значительно превышали государственные. Но все, ругая государственную торговлю, предпочитали покупать продукты именно в ней, а не на рынке.

Достаточно сейчас опустить цены, как сразу начнутся перебои с продуктами. Пример. На Калужской продуктовой ярмарке существует палатка, торгующая молочными продуктами на 1 рубль дешевле рыночных цен. В эту палатку всегда стоит очередь из пенсионеров. Если цены опустить еще немного, то стоять надо будет довольно долго. Если еще немного, то, возможно, продавать начнут по записи. А если опустить цену еще немного, то начнут продавать из-под полы, а прилавки станут пустыми. Молока не будет меньше, но в торговле его все равно не будет.

Другой пример: несмотря на изобилие автомобилей на рынке, очередь на Ford Focus, выпускаемый на заводе во Всеволожске, составляет от 6 до 9 месяцев, так как цена самой дешевой модели Ford Focus с двигателем 1,4 л составляет около 12 тыс. долларов[2]. При этом надо учитывать, что автомобиль Ford — это не молоко или хлеб, которые трудно заменить другим товаром. Конкретную марку автомобиля заменить довольно легко, в конце концов, есть громадное количество автомобилей других производителей. И, тем не менее, мы свидетели того, что достаточно цену автомобиля опустить немного ниже рыночной, как он начинает продаваться по предварительной записи, с очередью от полгода и выше.

Итак, на рынке цена всегда выше равновесной, и поэтому всегда есть товар. Это не является ни показателем развития экономики, ни показателем благосостояния населения, это неотъемлемое свойство рынка.

Поэтому причина советского дефицита кроется не в недостаточном объеме производства, а в ценовой несбалансированности спроса и предложения. Почему же в советское время производили товара больше, но товара не было? Очевидно, что цена была ниже равновесной. Но какова причина данного обстоятельства?

Мы знаем, каким образом формируется цена в рыночной экономике (рис. 3). А как формировалась цена товара или услуги в советской, плановой экономике?

Одним из основных экономических законов марксизма является закон стоимости, в соответствии с которым цена товара есть форма его стоимости, то есть количества труда, затраченного на производство данного товара. Если упростить, то суть закона стоимости в следующем: рабочий произвел болт, за болт он получил зарплату 100 рублей. Значит, цена болта 100 рублей. Все рыночные колебания цены болта будут вокруг 100 рублей[3].

Если же рабочий захочет купить свой болт, то у него будет 100 рублей, заработанных им на заводе. На рынке будет только один болт, ведь больше никто не производил болтов. Цена болта 100 рублей. Получается идеальная ситуация: спрос равен предложению, цена равновесная. Такова идеальная социалистическая экономика, основанная на законе стоимости. Но проблема в том, что идеальность этой ситуации может быть воплощена только в идеальном обществе.

Представим, что ситуация немножко изменится. Например, рабочий подхалтурил, расточил движок соседу и взял с него тоже 100 рублей, в результате денег у рабочего 200 рублей — 100 рублей зарплаты и 100 рублей от халтуры. И когда он придет в государственный магазин, он готов купить два болта. Но если он купит два болта, значит, болтов в государственном магазине на всех не хватит. Другому рабочему не достанется. Начнется дефицит.

Причина дефицита товаров в социалистической экономике кроется в неадекватном ценообразовании, при котором не учитывался довольно существенный сектор теневой экономики. Кто-то занимался репетиторством, кто-то калымил, шабашил, сдавал квартиру, наконец, просто воровал. Конечно, нельзя примитивизировать ценообразование в СССР, но, тем не менее, его основа — закон стоимости неверно отражал реальность. Денег много, а цены низкие — вот причина дефицита товаров в Советском Союзе.

Дефицит никак не связан с социалистическим типом экономики. При Сталине тоже «все было», и черную икру в магазинах на развес продавали. Стоит установить цены на товар ниже равновесной цены спроса, как товар моментально пропадет с прилавков магазинов, таков железный закон экономики. В различных капиталистических странах не раз проводили эксперименты с установлением стабилизационных низких цен на товары, и результат был всегда один: товар моментально пропадал с полок магазинов. Л. Мизес приводит пример, как правительство Австрии установило потолок арендной платы в Вене. В результате, несмотря на сокращение населения Вены и строительство новых домов, «тысячи людей не могут найти себе жилье»[4].

В СССР гордились тем, что цены на основные товары не повышались несколько десятилетий. Такие псевдодостижения и привели к дефициту, тогда как небольшое повышение цен могло бы в одночасье ликвидировать весь дефицит и сопутствующую ему напряженность и критику.

Вернемся к эпохе Горбачева. Почему все товары пропали? В экономику были вброшены громадные денежные средства, которые, естественно, не были обеспечены товарами. Как? Было разрешено переводить безналичные средства в наличные. И безналичные деньги, которые ранее тратились на производственные нужды, с помощью различных полузаконных схем переводились в наличные и превращались в платежеспособный спрос населения. Цены оставались низкими, а денег становилось все больше. Низкие цены приводили к тому, что все раскупалось, часто раскупалось впрок. Отсюда и появился парадокс, впоследствии приобретший форму анекдота: «Американцы никак не могут понять, как так может быть: в магазинах ничего нет, а придешь в гости — все есть».

Ни вывоз заграницу продуктов питания, ни производство продуктов питания, ни наличие продуктов в магазинах, ни антисоветские фильмы не являются показателем реальной обеспеченности продуктами питания. Можно голодать и экспортировать продукты питания. Можно производить и из-за бесхозяйственности терять значимую часть произведенного на стадии переработки и хранения. А у частника всегда будут продукты питания, даже если весь народ будет голодать.

Есть только один показатель. Только один. Это потребление основных продуктов питания. Обратимся к статистике. Сравним потребление самой богатой страны и основного соперника России — США и аналогичный показатель РСФСР (табл. 2). Как мы видим, СССР отставал от США только по потреблению мяса.

Таблица № 2

Потребление основных продуктов питания в США и РСФСР

 (на душу населения в 1989 г., кг)

СССР США
Молоко 396 263
Яйца 309 229
Рыба 21,3 12,2
Мясо 69 113
Сахар 45,2 28
Хлебные продукты 115 100
Картофель 106 57

СССР, по оценкам ООН, в области сельского хозяйства и продо­вольствия (ФАО) в середине 80-х годов входил в десятку стран мира с наилучшим типом питания, занимал 7 место в мире. Приходится признать, не первое место, но придется также признать и то, что большинство капиталистических стран СССР обгонял. Но застой в идеологии, помноженный на извечную российскую любовь к самокритике, приводил к тому, что люди были все равно недовольны.

«Например, в 1989 г. молока и молочных продуктов в среднем по СССР потребляли 363 кг в год на человека, что явля­ется исключительно высоким показателем (в США — 263 кг), но 44 % опрошенных жителей СССР ответи­ли, что потребляют молока недостаточно. Более того, в Армении, где велась особо сильная антисоветская пропаганда, 62 % населения было недовольно своим уровнем потребления молока и молочных продуктов. А между тем их потребление составляло там в 1989 г. 480 кг на человека. И самый красноречивый слу­чай — сахар. Его потребление составляло в СССР 47,2 кг в год на человека (в США — 28 кг), но 52 % оп­рошенных считали, что потребляют слишком мало сахара (а в Грузии недовольных было даже 67 %)»[5].

Еще раз подчеркнем, система производства и распределения продуктов питания нуждалась в реформе, но для правильного реформирования необходимо было понимать истинную картину, а не основываться на расхожих шутках и тезисах пропаганды западных радиоголосов.

И, наконец, самое интересное заключаемся в том, что когда в 2008 г. правительство все же задумалось, как обеспечить население продуктами питания, опять пошла речь о введении продуктовых талонов для малоимущих, которые теперь будут называться марками. И это только начало.

«Большинство россиян поддерживают идею введения карточек на продукты питания для малоимущих. Согласно свежему опросу ВЦИОМ, так думает 62% — почти две трети россиян, на 11% больше, чем в прошлом году. При этом доля желающих получить продуктовую карту менее чем за год выросла на четверть»[6].


[1] Сэмюэлсон (Самуэльсон) Пол — американский экономист. Автор известного учебника «Экономика». Нобелевская премия (1970).

[2] На время написания книги.

[3] Естественно, в этом примере исключается труд посредников, бухгалтеров, овеществленный в средства производства труд и т.д. 

[4] Мизес Л. Либерализм.  М., 2001. С.78.

[5] Глазьев С.Ю., Кара-Мурза С.Г., Батчиков С.А.  Белая Книга.  М., 2003.  С. 52—54.

[6] Большинство россиян поддерживают идею введения карточек на продукты питания для малоимущих

ПЛН, Псков. 19.03.2009.

Русское экономическое чудо

Результаты этой политики были ошеломляющи. В десятки раз возросли объемы промышленного производства, объемы добычи нефти, угля, производства чугуна, стали, проката. Росло количество посевных площадей, шла быстрыми темпами механизация сельского хозяйства.

Таких темпов роста национального дохода, как в СССР, не знала ни одна капиталистическая страна. Народ трудился с большим энтузиазмом, в 5 раз возросла производительность труда. В то время, когда в капиталистических странах бушевала Великая депрессия, ежегодный рост советского ВНП в лучшие годы переваливал за 20%. Еще раз подчеркнем, 20% не за десять лет, не за пятилетку, а за один год. Чтобы понять масштаб этих цифр, приведем ориентировочные данные за 2008 год. В Еврозоне рост около 1%, в Китае — около 9%, вообще 5% — это очень хороший показатель.

«Благодаря индустриализации, появились бесчисленные трудо­вые коллективы, учебные заведения, научные учреждения, сред­ства транспорта и т.д. И большая часть всего этого (думаю, более 90 процентов) создавалась заново, а не была всего лишь передел­кой дореволюционного наследия. Россия в поразительно корот­кие сроки стала современным индустриальным обществом. Не случись этого, ей пришлось бы удовольствоваться судьбой запад­ной колонии уже в двадцатые и тридцатые годы»[1].

Русское экономическое чудо. Не забывало советское руководство и о других потребностях страны и народа. Россия из безграмотной страны (как ни прискорбно, но в царской России было именно так), превратилась в страну почти поголовной грамотности. Число научных сотрудников возросло в 10 раз, число специалистов с высшим и средним образованием увеличилось в 12 раз, в 7 раз возросло количество врачей, росли доходы трудящихся. Развивалась также и культура, удаляясь постепенно от интернационализма и все более приобретая патриотическую направленность. Кино и пропаганда воспевали истинно русских героев: А. Невского, Д. Донского, Петра I,  А. Суворова, М. Кутузова. С большим торжеством празднуется 125-я годовщина бородинского сражения. В 1936 г. запрещены аборты и их пропаганда, одновременно с этой мерой были увеличены пособия матерям. СССР среди развитых стран становится страной с одним из самых низких показателей смертности и одновременно страной с самой высокой рождаемостью.

Сегодня обо всем этом стараются не вспоминать, но так было. Причем не было никакой западной помощи, кредитов — наоборот, первому в мире государству рабочих и крестьян всячески мешали. Можно только представить, как бы мы сегодня жили, если бы этот взлет не оборвала война.

Победа Советского Союза во второй мировой войне — величайшая военная победа в истории человечества. Эта наша гордость, и именно поэтому ненавистники России усилено пытаются оболгать эту победу.

Мы победили в самой жестокой войне в истории человечества. Мы потеряли свыше 20 миллионов жизней и 1/3 национального богатства. Ни одна страна мира не понесла таких тяжелых людских и материальных потерь. А кое-кто на этой войне неплохо подзаработал. Как признавал выдающийся американский экономист лауреат Нобелевской премии по экономике, Президент Американской экономической ассоциации Пол Самуэльсон, США за время войны заработали денег больше, чем за какой-либо предшествующий период истории. По сути дела, США стали мародером, баснословно обогатившимся на чужом горе. Вчитайтесь в эти строки одного из самых известных учебников по экономики:

«В результате войны американский народ накопил больше сбережений, чем за какой-либо другой период во всей предшествующей истории. В период войны большин­ство семей получало необычайно высокие денежные доходы, но израсходовать на покупку потребительских товаров кратковременного пользования удавалось лишь весьма умеренную сумму средств, а на товары длительного пользования, такие, как автомобили и радиоприемники, расходы можно было осуществлять только в своем урезанном объеме. Разница между доходом и потребительскими расходами накапливалась в форме облига­ций военных займов, средств на сберегательных счетах, страховых полисов, погашения прежних долгов и, наконец, в форме накопления бумажных денег и депозитов на текущих счетах. Американское население и предприятия вышли из войны, накопив около 250 млрд. долл. (1/4 триллиона!) в форме ликвидного имущества»[2].

Нам же нужно было восстанавливать разрушенную страну, и помощи опять ждать было неоткуда. И русский народ вновь повторил трудовой подвиг, который он совершил до войны. В кратчайшие сроки, без всякой существенной помощи извне, мы подняли страну из руин. Общий объем промышленного производства превысил довоенный в 1948 г. (по электроэнергии — в 1946 г., по углю — в 1947 г.). Карточки на питание были отменены в 1947 году.

В погоне за количеством не забывали и о качестве, была подготовлена база для перехода страны на качественно новый технологический уровень, число студентов в 1950 г. было в 1,5 раза, а научных работников в 2 раза выше, чем в 1940 году. По числу студентов на 10.000 жителей мы занимали ведущее место в мире, в то время как в конце 80-х лишь 39 место. В 1950 г. расходы на образование в СССР составляли 10 % от национального дохода, в то время как в США лишь 4 %. Велись успешные разработки по созданию ядерного оружия, ракетной техники, подготовки полетов в космос, внедрению ЭВМ и т.д.

Постоянно улучшалось материальное положение народа, ежегодно снижались цены. За 5 лет к 1952 г. они, по сравнению с 1947 годом, были снижены  в 2 раза. И в магазинах было все. Старики прекрасно помнят, что черную икру, как творог, продавали в магазинах на развес.

Власть становится все более патриотической. Распускается III Интернационал, вместо «Интернационала» Советский Союз получает новый гимн. Сталинский период становится продолжением развития традиций российской государственности.

«Я надеюсь, что когда-нибудь выйдет такая книга, в которой сталинский вариант марксизма найдет свое объяснение в контексте истории России»[3].

Впервые в своей истории Россия превратилась в лидера всего человечества — морального, экономического, военного, научного. Это было небывалое преображение, поистине русское чудо.

«Славянофилы и западники вели споры о том, может ли Рос­сия отличаться от Запада, не будучи при этом отсталой по сравнению с Западом. Коммунизм нашел идеальное реше­ние проблемы: Россия отличалась от Запада и находилась в принципиальной оппозиции по отношении к нему, потому что она была более развитой, чем Запад. Она первой осуще­ствила пролетарскую революцию, которая вскоре должна была распространиться на весь мир. Россия стала воплоще­нием не отсталого азиатского прошлого, а прогрессивного советского будущего. На самом деле, революция позволила России перепрыгнуть Запад, отличиться от остальных не потому, что «вы другие, а мы не станем, как вы», как утверж­дали славянофилы, а потому, что «мы другие и скоро вы ста­нете, как мы», как провозглашал коммунистический интер­национал.

…Множество профсоюзов, социал-демо­кратических и лейбористских партий в западных странах были приверженцами советской идеологии и добивались все большего влияния в европейской политике… коммунизм и социализм рас­сматривалась как веяние будущего и в той или иной форме радостно воспринималась политическими и интеллектуаль­ными элитами. Споры между российскими западниками и славянофилами насчет будущего России, таким образом, сменились спорами в Европе между правыми и левыми о бу­дущем Запада и о том, олицетворял ли собой это будущее Советский Союз или нет. После Второй мировой войны мощь Советского Союза усилилась из-за притягательности коммунизма для Запада и, что более важно, для незападных цивилизаций, которые теперь встали в оппозицию Западу»[4].


[1] Зиновьев А. Русский эксперимент.  М., 1995. С. 72.

[2] Самуэльсон П. Экономика. Т. 1. М., 1992.  С. 117.

[3] Ортега-и-Гассет, Х. Восстание масс. М., 1996. С. 95.

[4] Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. М., 2006. С. 214—-215.