Sidebar

Кто на сайте

Сейчас один гость и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

the soviet union

The-Soviet-Union

ussr.jpg

the-soviet-union

Связанные статьи




Национальная коррупция

Во время Первой мировой войны немецкие шпионы изобличались не по одиночке, а целыми сетями. Затем случилось вообще из ряда вон выходящее событие. Как немецкий шпион был изобличен военный министр Сухомлинов. То есть всей военной компанией руководил предатель. Потом появилось множество версий о том, что Сухомлинова оклеветали, однако стоило ему оказаться на свободе, как он сразу же через Финляндию уехал в Германию.

Вспомним и великого князя Алексея Александровича, разворовавшего средства, отпущенные на строительство броненосцев типа «Бородино», в результате чего Россия к 1904 г. вместо 10 броненосцев данного типа, находящихся в строю, имела всего 5. Да и то только на стапелях. Судьба русской армии в войне с Японией в 1905 году хорошо известна.

Примерно в том же направлении двигалась и военная компания 1914—1917 гг. Ни побед, ни славы, зато сотни тысяч дезертиров. Но дезертиров можно было понять. В то время как народ умирал на фронтах, многие представители власти развлекались на балах, а некоторые откровенно наживались на войне. Так, несмотря на то, что в 1916 г. Россию стали сотрясать сахарные бунты, группа сахарозаводчиков во главе с Дм. Рубинштейном продавала сахар во вражеские Германию и Турцию, поскольку цены там были выше.

Народ, видя все это, просто зверел. В воздухе все время витал вопрос: «За что мы, простые люди, умираем? Они развлекаются, купают в ванных из шампанского французских куртизанок, делают деньги, мы же служим пушечным мясом»?

Русским не привыкать к трудностям, но русские не могут понять, почему часть нации должна умирать на фронтах, а другая развлекаться на балах и наживать состояния на спекуляциях и взятках. Во время Великой Отечественной войны трудностей на долю народа выпало значительно больше, но народ выстоял, потому что знал: трудно всем, от главнокомандующего до солдата. Дети всех советских руководителей воевали, и воевали на фронтах, а не отсиживаясь в штабах. Погиб сын Сталина, сын Микояна и немало других…

Национальная коррупция. Первую мировую войну мы вели под диктовку союзников: пока они отдыхали на своих фронтах (все серьезные сражения были на нашем фронте), мы проливали кровь как на нашем, так и на чужом фронте, посылая сражаться своих солдат к союзникам.

Из раза в раз повторялась одна и та же история: немцы наступают на Францию, Франции угрожает полный разгром, она обращается к России с просьбой начать наступление, чтобы оттянуть немецкие войска. Мы ценой сотен тысяч жизней спасаем Францию. Как писал французский маршал Фош, «Если Франция не стерта с карты Европы, она этим, прежде всего, обязана России».

Ради чьих интересов мы сражались с Германией? Германия хотела колониального передела мира, хотела отобрать колонии у Англии и Франции. Англия и Франция этого не хотели. А Россия здесь причем? Это был их внутриевропейский конфликт. У нас не было претензий к Германии, у Германии — к нам. Так почему мы воевали? Война обнажила проблему, о которой и так было известно — подчиненность русского двора интересам западных держав в лице Англии и Франции. От этих стран Россия зависела экономически: ведь в определяющих отраслях производства, таких, как горнодобывающая, металлообрабатывающая, машиностроительная отрасли, иностранные инвестиции превышали российские. Нас просто втянули в эту войну.

Это не Вторая мировая, вдохновляемая антикоммунистическими и антиеврейскими бреднями Гитлера о войне европейской цивилизации против жидов-большевиков, с помощью интернационала пытающихся подчинить мир. А накануне Первой мировой германский монарх множество раз умолял своего «дорого кузена» (Николая II) не объявлять войну Германии, не идти на поводу Англии и Франции. Безрезультатно… 

Общество потребления

Вместо общества созидания, построенного в СССР, Запада построил и всячески пропагандирует общество потребления.

Высокий уровень потребления стал единственной, абсолютной целью общества. Причем речь идет именно о материальном потреблении — чтобы убедиться в этом, достаточно включить телевизор. Вся реклама продвигает именно материальные ценности: пей пиво, жуй «Орбит», ешь чипсы и т.д. Раньше в общественной жизни преобладало стремление произвести, теперь главная цель — потребить. Потребление становится единственным смыслом всей деятельности человека. Ушли в прошлое такие ругательные термины, как «вещизм», теперь гордо заявляется: наша цель — «общество потребления». С сожалением приходится констатировать: «Наше общество заражено жадностью. И это худшая из инфекций»[1].

«Обществом потребления является то, где не только есть предметы и товары, которые желают купить, но где само потребление потреблено в форме мифа. Трудно отрицать, что речь здесь идет об опасном превращении социального метаболизма, несколько похожем на то, чем является рак для живых организмов: о чудовищном разрастании бесполезных тканей»[2].

Удельный вес производственного сектора в экономике западных стран становится с каждым годом все меньше, постепенно сдавая свои позиции сфере услуг. К сожалению, в России происходит то же самое. В этом отношении показателен пример трансформации ВДНХ. Раньше здесь были представлены лучшие образцы того, что производила наша экономика. Теперь все павильоны превращены в сплошной базар бытовой техники, одежды, еды и т.п. Торговля вымещает производство, учебные заведения, церкви.

«В 1986 году Америка еще насчитывала больше высших учебных заведений, чем торговых центров. Не прошло и пятнадцати лет, как число торговых центров стало более чем вдвое превышать число высших учебных заведений. В век синдрома потреблятства торговые центры заменили собой церкви как символ культурных ценностей. Действительно, 70% граждан США еженедельно посещает торговые центры, и это больше, чем число людей, регулярно бывающих в церкви»[3].

Вещизм уверенно вытесняет из жизни интерес к внутреннему содержанию человека, заменяет честь, достоинство, мораль. Но человека от животных и машин отличает наличие души — категории нематериальной. Следствием распространения вещизма стало то, что люди стали превращаться в живых роботов, с упрощенным духовным миром, зато с хорошей производительностью труда. Духовные ценности исчезают или извращаются. Поэтому вполне закономерно, что страны Запада, несмотря на высокий материальный уровень жизни, занимают первые места в мире по количеству самоубийств, число которых постоянно растет.


[1] Доктор Пэтч Адамс.

[2] Бодрийяр Ж. Общество потребления. М., 2006. С. 3.

[3] Джон де Граф и др. Потреблятство: болезнь, угрожающая миру. М., 2003. С. 32.

§ 3. О первых годах советской власти

§ 3. О первых годах советской власти